Книга Любовь дракона. Осколки прошлого, страница 74 – Эва Кертис

— У него не было семьи. Все, чем он владел, ушло с молотка и разбрелось по миру.

Ноги ослабели. Я старалась держаться всеми силами. Пусть не ради себя, пусть ради дракона, который с каждым днем становился для меня все важнее. Перевела взгляд на Урракса, отмечая, с какой силой сжались его руки в кулаки. Губы сложились в одну тонкую линию, а на лице четко обозначились острые скулы.

В зале повисла мертвая, удушающая тишина. Каждый думал о своем. Но всех объединяло одно: безнадежное отчаяние. Я очень рассчитывала на помощь отца. По всему миру у него была масса знакомых, друзей, да и просто тех, кто был ему чем-то обязан. Но единственный, кто мог нам помочь, уже давно перешел в загробный мир.

— У тебя больше совсем никого нет? — прохрипела я, глядя с остатками надежды на папу.

— Древние артефакты — очень специфическая сфера, доченька. Специалистов, кто берутся добывать такие вещи, во всем мире можно по пальцам пересчитать. И, конечно, у Матэуса возможно были связи в подвластной ему области. Но мы никогда не говорили об этом. А он, естественно, своих секретов выдавать не спешил, — папа обнял меня и прижал к себе, позволяя вдохнуть родной аромат. И если раньше я сразу успокаивалась, то сейчас, к сожалению, душа по-прежнему металась внутри, лихорадочно пытаясь найти хотя бы какую-то подсказку для решения этой задачи. В мире ведь нет ничего невозможного, тем более, в магическом мире. Так почему все, кто сейчас находится здесь, практически сдались?

Вдруг, посреди этой липкой паутины безысходности, в моем кармане завибрировал битрифон. «Беттард».Я судорожно нажала на кнопку и приняла звонок.

— Беттард? — глаза Урракса мгновенно зло сузились. Ох, ну не время сейчас для ревности. Тем более, я помнила данное другом обещание.

— Тори. Завтра в полдень, в таверне «Безглазый» нас будут ждать. Есть один гоблин, который однажды видел сульт, — голос Бетта звучал спокойно и уверенно. Значит, друг был уверен, что эта встреча принесет результат.

— Значит мы там будем, — но договорить я не успела. Трубку вырвали из руки, а мне дали понять, что дальше разговор уже будет вестись без меня. Урракс вышел из помещения размашистым шагом. — А…?

— Тори, — отец и мама постарались привлечь мое внимание, — зная теперь все детали, мы не настаиваем, чтобы ты… бросила малыша, — слышать эти слова было для меня настоящим облегчением. — Но, — одно единственное слово заставило меня вновь напрячься, — требуем, чтобы ты не лезла туда, где девушке будет опасно.

Сейчас я могла пообещать все, что угодно. Однако сама не была уверена, что слово сдержу. Иногда женщина, в некоторых ситуациях, действовала более тонко, чем мужчина. Хитростью и лестью добиться можно гораздо больше, чем угрозами.

Я с тревогой посмотрела в дверной проем, через который с моим битрифоном ушел Урракс. Хоть бы мужчины сейчас оставили соперничество. Пусть потом выясняют отношения. А сейчас… В эту минуту я уже была в баре «Безглазый», и всем сердцем молила Великую помочь и дать ниточку к спасению ребенка…

Как бы я не пыталась узнать, о чем Урракс говорил с Беттардом, мужчина так и не раскрыл тайны. Но в зал он вернулся весьма довольным. С родителями мы договорились, что после того, как я проверю мальчика и обновлю заклинание, которое помогало переносить боли легче, я вернусь домой. Отец, зная, что к ним ехать откажусь, взял с меня честное слово: на рожон не лезть и предоставить мужчинам действовать самостоятельно. Мне удалось уговорить маму и папу уехать первыми, а я отзвонюсь им немного позже.