Онлайн книга «Третья леди Аргайла»
|
Это Рой? Разве Рой здесь? Кэтрин слышала голоса вокруг себя — и его голос, в том числе — как что-то, долетающее очень издалека. Не было сил пошевелиться, не было сил открыть глаза, чтобы рассмотреть. Вдобавок, они все говорили разом, они все путались, и ей казалось, что она уже умерла, а это только предсмертный бред. — Так, Маклин, только не умирай. Ну, сама посуди, что тебе делать в раю? Меня туда не возьмут, мы не увидимся. Там ты снова помрешь со скуки. Не умирай, Маклин, подожди меня. Я так привык говорить с тобой и целоваться тоже привык. Я куплю тебе твоих чертовых книжек, самых дорогих, сколько захочешь, чтоб можно было здесь уставить стопками от пола до потолка, Маклин, ты только не умирай, девочка. Я велю пошить тебе сорок платьев, хоть коров в них дои. Я возьму тебя в Эдинбург, чтоб ты посмотрела на королеву, всё что угодно сделаю, я… — Она кончается, ваша милость. — Я с тебя заживо шкуру спущу, если она скончается! — Ваша милость, как можно… — Можно! Крыл я в рот ваш ад, рай и прочее в бога-душу-мать! Делай, что хочешь, я не отпускаю ее — и никакому богу ее не отдам… — Она отходит. — Нет. Она дышит, дышит… — Перестаньте трясти ее, ваша милость, пустите ее, не мучьте! — А я? А кто думает, мучить ли меня? Что у него с голосом, думала Кэт, это в самом деле он? Или ей чудится?Или черти морочат ее предсмертно? Невероятным усилием открыла глаза, рот был сухим, губы как коркой соли покрыты. Еле выговорила: — Рой… Эти три буквы дались ей невероятной тяжестью усилия, тотчас на лбу выступил липкий, противный пот. — Как же ты напугала меня, пигалица Маклин. Курочка, не делай так больше. Да, это в самом деле Рой. Он рядом, он обнимает. Кэт понемногу переставал бить озноб. — Ваша милость, идите к себе, мы… — Сама иди, — рявкнул на Сорчу. — Или сиди и молчи. Видишь, она вернулась. Она будет жить. Зачем же опять жить-то, я же почти умерла, и так там было хорошо — успела подумать Кэтрин и провалилась в благодатное беспамятство. Глава 53 Рой привез с собой какого-то ученого врача из Глазго — с него-то и обещал у ложа жены шкуру спустить — и молодую Нэн из Ущелья. Вот они вдвоем и выхаживали графиню Аргайл. Кровотечение, вызванное выкидышем, оказалось очень сильным, и в крови самой Кэт, по словам ученого врача, был какой-то изъян, мешавший той вовремя свернуться. Графиню Аргайл остановили на полдороге на небеса, она вернулась, но еще более прозрачной, чем была. Есть не хотелось, ходить не хотелось, дышать не хотелось тоже. И не моглось, ни на что не было сил. Она терпела странную еду, назначенную врачом, она покорно глотала его микстуры, она потеряла силы горевать. Она даже не смогла заплакать, когда, думая, что графиня спит, Нэн сказала Сорче, что леди, вероятно, вовсе не сможет иметь детей после выкидыша — таково ее сложение от природы, изъян женской плоти. Слишком сильно кровила, в родах и сама не родит, и дитя умрет… Когда одна ушла, а вторая улеглась спать на низкой кроватке, вытащенной из-под ее постели, Кэт просто долго смотрела в полог, в балдахин… Что имеем, не храним. А если то был ребенок Аргайла? И другого уже не будет? Сидя у окна за вышивкой бесконечной престольной пелены, глядя, как мир забирает тлен осени, она так ему и сказала — искренне, как думала: |