Книга Третья леди Аргайла, страница 52 – Илона Якимова

А он ведь заслуживал. Причем, сукин кот, от души старался. Чем раздражительней делалась от его выходок Кэт, тем спокойней и вальяжней он себя держал в родовом гнезде. И оттого ее протест и попытки призвать к порядку молодежь казались припадками нервной девочки, а вовсе не законным требованием хозяйки. Вот о том, как бы поясней донести свои права хозяйки, Кэт и размышляла, направившись вниз отдать распоряжения по кухне — на другой день от непристойного предложения пасынка. И в думах не обратила внимания на характерные постанывания и едва не споткнулась о парочку на винтовой лестнице, ведущей к ее дверям. В ее башню! Мастер Аргайл, расположившись на ступенях, бесстыдно, не прячась, благодетельствовал служанку с кухни и на шум шагов, на шелест юбок поднял голову, взглянул Кэт в лицо и поддел девчонку особенно горячо. Та развратно, тоненько завизжала, а паршивец поверх плеча ее подмигнул и улыбнулся мачехе — приглашающе… И взор, и огонек во взоре те же светлые, как яркая сталь, знакомые слишком.

Бесстыдники, зло думала Кэт, возвратясь к себе, что сынок, что папаша. Оба любят похвалиться отростком своим, да чтоб еще на них глядели при этом! А что там гордиться-то? Одна лишь милость Господня, кобелями ненасытными их сотворившая, шуточка сатанячья. Прямо сказать, нечем хвастаться. И места, места другого во всем Ущелье найти не мог, кроме как бабу завалить у нее под дверью! И взыскать с него нечем… Мастер Аргайл в своем праве куражиться в замке своего отца, это она тут все равно что чужая.

А Роя всё не было.

Осада Дамбартона закончилась, Аргайла всё не было. Дела, оно конечно, у него и в столицах имеются, но терпеть становилось всё трудней — пасынок, к стыду Кэт, разговорчиками и наглядными примерами действительно раззадорил. Никогда еще Кэтрин так жарко не ждала возвращения мужа, никогда так не была рада ему телесно. Едва спешился на дворе и вошел, едва завел в каморку своих собак и руку к ней протянул — так и не видела уже никого, кроме мужа, только на него и смотрела. И раздела, и мыла сама в спальне, и после Рой увлек ее за полог, и по тому, как горяч был, и как повторил сначала, единожды достигнув, тоже поняла — ох, соскучился. И это согревало изнутри, пока снаружи согревал сам. Теперь Кэт его в постели не боялась, и дивилась себя, как можно было бояться. Книжку, и правда, привез. И это был Мэлори, «Смерть Артура». Счастливо улыбалась, перебирая страницы, влюбленно рассматривая миниатюры и маргиналии.

— Угодил?

— Конечно!

А дальше они опять ничего не читали, не до чтения было им почему-то.

За той-то главой, в которой описывается смерть Элейн Прекрасной от любви к Ланцелоту, муж и застал ее на другой день. С утра всё прошло как обычно: мятый после вчерашнего мастер Аргайл приветствовал папеньку за завтраком и оба разошлись по своим делам, граф Аргайл — разбирать дела арендаторов, после же с обоими сыновьями выехал в горы. А вот после обеда, когда полагается разлечься по своим покоям вкушать отдых для правильного пищеварения, напротив, праздностью пренебрег, пришел внеурочно посреди дня и спросил, по обычаю безо всякого предисловия и без выражения в голосе:

— Что у вас вышло с Арчи?

Кэт обомлела. «Федра», вот оно. Как повернуть дело так, чтоб не встрять между Кемпбеллов? Этот мир мужчин! Ее хотят один и другой, но жена она только одному, и как не настроить его против собственного сына и наследника? Этого определенно не хотелось. Так-то Арчи неплох как мастер Аргайл — и боец годный, и в клане любят его. И хотя виноватой не была, и ни капельки себя такой не ощущала, а беспокойно сделалось — и в сильной, признаться, степени: