Книга Кофе в постель, пожалуйста!, страница 113 – Леся Лимерик, Светлана Строгая

— Во-первых, пристегнул я вас ради вашей же безопасности. А во-вторых… — Мужчина сделал красноречивую паузу, прежде чем закончить свою мысль: — Боюсь, такое незабудешь.

Вот же! Когда мне нечто подобное писал фелинолог, было приятно. Правда, и контекст сильно отличался.

— Не против, если я включу музыку?

— Это же ваша машина, зачем спрашиваете? Включайте, конечно.

Сергей потыкал в сенсорный дисплей, и салон наполнился оглушительными ритмичными звуками. Я поморщилась, даже не сразу сообразив, что мелодия играет чертовски знакомая — та самая, под которую я записывала видео с подарочным стриптизом. Он что, издевается? Хочет показать, насколько хорошо осведомлен о моей жизни благодаря тонким стенам?

К счастью, на первом же куплете «Sweet dreams» сосед убавил громкость, щадя мои и без того пострадавшие мозги, в которые вместе с припевом пролезли смутные воспоминания о ночной переписке с гепардом. Я достала из сумки телефон и с некоторой опаской его разблокировала. Так-с. Вот и наш чат, отдельные моменты я даже немного помню. А что за аудиозво… Твою мать!

— Голова болит? — спросил Сергей, когда я не смогла сдержать горестного стона. — Может, выключить?

— Не поможет… — проныла я, обреченно пряча лицо в ладонях.

Исходящий звонок гепарду. И Андрею. И Сергею, конечно. Слава богу, я не знаю номера Константина, иначе, уверена, сия участь и его бы не обошла стороной. Хоть одна радость.

Глядя в окно, я подумала, что сегодня меня ждет очень долгий рабочий день. И Игорь, которому я среди прочих звонила в пьяном угаре, наверняка меня тоже ждет.

* * *

— Вот! Только полюбуйтесь, Тамара Михайловна!

Я прикрыла глаза и потерла переносицу, размышляя, стоит ли напомнить Юлии Игоревне о том дне, когда она позвала меня на Тапочный бунт. С одной стороны, непрофессионально, с другой — она сама меня об этом просила. Трудный выбор, особенно с похмелья.

— Весьма колоритно, — вынесла я вердикт трем девицам, загнанным в мой кабинет.

Первая, сверкая красными линзами, тормошила подвески на своем кружевном чокере с алой розой посередине. Вторая, скривив покрытые черной помадой губы, будто специально повернулась ко мне правой стороной лица, где красовалась длинная полоска, имитирующая хирургический шов. Последняя скромно переступила с ноги на ногу, чуть не навернувшись из-за непривычно высокой платформы, и смущенно поправила ободок с маленькими изогнутыми рожками.

— Я еще в прошлый раз говорила, что…

— Погодите,Юлия Игоревна, давайте не будем вспоминать все, что вы раньше говорили, — попросила я, настроенная решить вопрос как можно быстрее и вновь оказаться в подобии тишины. — Тут все очень просто, девочки. Либо вы сейчас разоблачаетесь, либо попадаетесь на глаза завучу. И тогда сегодняшняя хэллоуинская дискотека, которую все так долго ждали, вряд ли состоится. Как думаете, что с вами после этого сделают одноклассники?

Девчонки переглянулись и, судя по кислым лицам, без всяких слов пришли к одному выводу. Настя Бахурина, которая стояла посередине и изображала то ли зомби, то ли Невесту Франкенштейна, озвучила общее решение:

— Ладно, но на дискач мы оденемся как хотим!

— Договорились, — согласилась я, доставая из-под стола большую желтую коробку с надписью «Конфискат». — Складывайте. Заберете после уроков.