Книга Красота в глазах смотрящего, страница 26 – Светлана Строгая, Леся Лимерик

— Все-таки протащили обнаженку, ну хоть приличную. — Девушка посмотрела на часы, к счастью не заметив, как при этих словах у меня дернулся глаз. — Лады, Дин, я к себе. Там Руфик из экспедиции вернулся, хочет что-то любопытное показать.

— Простите, нам надо идти! — собравшись с духом, выпалила я в спонтанно сформировавшуюсятолпу и, сжав запястье Ника, потащила его в сторону выхода, лавируя между людьми. — Извините! Пропустите, пожалуйста! Нас ждет другая группа!

— Что, правда? — удивился Никита, весьма убедительно спотыкаясь на каждом шагу и тем самым нещадно замедляя наше отступление. — Действительно ждет?

Я хмуро посмотрела на мужчину и, промолчав, продолжила путь к дверям. Единственное, что нас ждет за пределами зала, — это серьезный разговор.

Все бренно под нетвердыми шагами,

Неясна, зыбка новая стезя.

Нас в детстве неизведанным пугали

И берегли, опасностью грозя.

А выросли — не знаем, как оттаять,

Как выйти из давно застывших форм.

Тускнеет пылкий взгляд, ржавеет память,

И штиль сменяет юношеский шторм.

Жизнь крутится заезженной пластинкой

Под кончиком затупленной иглы:

За тактом такт, без пауз, без запинки,

Один мотив, протертый до дыры.

Но стоит замереть на миг, как вдруг

Уклад привычный валится из рук.

В музейном кафе было на удивление пусто, поэтому мы без проблем нашли свободный столик и поставили на него чашки на белоснежных блюдцах: мою с зеленым чаем и наполненную крепким кофе для Ника. На секунду я замешкалась, решая, куда сесть. Мягкий диван со стороны стены, безусловно, был самым удобным местом — значит, стоит уступить его гостю. Но, еще до того как я отодвинула стул, Никита кинул на его сиденье жуткие темные очки и вернулся к кассе. Недоуменно проводив взглядом мужскую спину, я опустила глаза на оставленный им аксессуар и со вздохом устроилась на краешке дивана. Остается только надеяться, что никто из посетителей выставки в ближайшее время сюда не зайдет и не застанет слепого экскурсовода внимательно изучающим витрину с десертами. Я тревожно огляделась, но из знакомых лиц обнаружила поблизости лишь долговязого юношу, убеждающего свою спутницу в том, что у нее глаза точь-в-точь как у Венеры Милосской. Молодой человек был полностью сосредоточен на заученных комплиментах и своей девушке — на этот раз пухленькой хохотушке с очаровательными ямочками на щеках.

— Не успел позавтракать, — коротко объяснил свою отлучку вернувшийся Ник, водрузив на стол тарелку с высоченной башней из бутербродов и блюдечко с тремя пирожными. — Присоединяйся!

И вместо того чтобы занять свое место на стуле, плюхнулся рядом на диван и немедля приступил к уничтожению бутербродной пирамиды, вгрызаясь в кусок красной рыбы.

— Приятного аппетита, — машинально пожелала я и неловко поерзала, пытаясь отползти подальше от горячего бока мужчины.

— Фпафибо! — произнес он и с наслаждением заглотил следующий ярус сооруженной башни — на этот раз с копченой колбасой. — А здесь ничего так, атмосферно, хотя тесновато, конечно. Но потолкисводчатые прикольные, и освещение отличное. Я бы только фотографий на стены добавил.

— Вы уже одну добавили — из тех, что не следовало, — отрезала я, мигом вспомнив о намерении выплеснуть на наглого фотографа все свое возмущение. — А потом еще и балаган в зале устроили.