Книга Брак по расчету. Невеста босса, страница 47 – Стелла Юсупова

— Нам было бы очень приятно, — ответила я со скромной улыбкой.

— В четверг, —сухо отозвался Дмитрий, тем самым подтверждая приглашение.

С компаньонами по беседе мы расстались максимально позитивно. Собрав еще с дюжину комплиментов и поздравлений, мы проследовали к автомобилю. Дементьев опять молчал и не смотрел на меня. Словно бы я была ему неприятна. Словно бы мое общество его тяготило…

— Наверное, нужно будет что-то приготовить в четверг. Негоже подавать только кофе, — нарушила я торжественное молчание в темном салоне.

Мужчина, наконец, резко перевел на меня глаза. Не было в них сейчас изморози. Блеск- слепящий, неизвестный- да. Холода не было.

— Обсудим, — сказал он мне и тут же обратился к водителю, — Михалыч, останови мне у «Живаго» (прим. — ресторан). А Злату Павловну отвези домой…

Я немного опешила. Опять сбегает. И ведь даже спасибо не сказал, не похвалил или наоборот… Он вообще лично мне за весь вечер отвесил от силы пять фраз, да и то, все они были односложными ответами на мои вопросы… Даже комплимента из себя не выдавил. Там, в самолете, когда все еще только начиналось, и то повел себя деликатнее и галантнее. На глаза почему-то навернулись дурацкие бабские слезы.

Машина тормознула. Открыв дверь, «жених» снова обернулся на меня. Остановившаяся рядом с нами напротив машина осветила салон ярким светом. Он наверняка увидел, что в моих глазах стояли слезы.

Промолчал. Он просто промолчал. Вот так, без каких-либо слов и эмоций просто вышел из машины, оставив меня в полнейшем раздрае…

Не спалось. То ли от изобилия эмоций, то ли от непредсказуемости ближайшего будущего. Мысли хаотично бегали между событиями последних недель, да с такой скоростью, что сердце никак не прекращало стучать, как оглашенное. Посмотрела на часы- второй час ночи, а я пришла на кухню за второй за вечер чашкой чая. Злата, что ты творишь… Сын встанет самое позднее в восемь. Хотелось провести с ним время, а я заливаюсь кофеином, пусть чай по вечерам для меня всегда был своего рода успокоительным.

Вообще, все неправильно, все не так. Как полная дура почти расплакалась перед ним. А был разве повод? Почему глаза на мокром месте? Золушкой себя почувствовала в хрустальных туфельках? С каких пор тебе стало важно, чтобы совершенно чужой мужик, с которым вас свел расчет, распинался перед тобой в комплиментах… Или о чем ты сгрустнула, Злата? Представила очередную воркующую мягким голоском нимфу на другом конце провода, терпеливо ждущую его в гламурном ресторане, пока он закончит со спектаклем в прямом и переносном смыслах слова? Задавала себе все эти вопросы и толком не находила ни одного ответа. Угнетало и то, что в этой своей новой жизни, вернее, скорее ее имитации, я катастрофически мало уделяла время Сене… Чувство щемящей пустоту вперемешку с сожалением и даже угрызениями совести сейчас разъедало душу похуже кислоты… Всё, надо спать! Выпью этот гребаный чай для нервоуспокоения и в постель! Вот бы завтра проснуться бодрой и наполненной силами для игры с сыном. Мда, звучало нелепо в столь поздний час и в таком разбитом состоянии. Но отговорок в таком вопросе быть не могло.

Уже направлялась в спальню, держа в руках поднос с красивым костяным фарфором, когда услышала, как в двери поворачивается ключ. Замерла…