Книга Хорошая девочка. Версия 2.0, страница 73 – Дора Шабанн

Хлопнула глазами и челюстью. Советами?

— Ах он, последователь Кирилла и Мефодия недобитый… — вырвалось непроизвольно.

Руслан вскинул на меня осуждающий взор:

— Не злись на него. Он тебя любит.

И это, конечно, все оправдывает? Как мы так хитро пришли от того пистона, который должен был отхватить сын, к его нескрываемому осуждению и негодованию в мой адрес? Успела только фыркнуть:

— Ну конечно!

И тут же получила:

— Да, ты вот отца не любила, поэтому и не видишь. А я вижу, — Руслан смотрел печально, но продолжил довольно уверенно: — Любовь — это тяжелая болезнь. Мы оба больны. И у других замечаем схожие симптомы сразу.

Молча встала наводить порядок.

Попробовала думать.

Безуспешно сегодня.

— О, как завернул. Ты давно ли в философию ударился, а? — что делает Рита, когда охр… удивляется? Язвит, конечно же.

Неожиданно, но сын на этот так-себе-пассаж отреагировал миролюбиво. Принес веник и совок, сгреб осколки и достаточно обстоятельно пояснил течение мыслей внутри его черепной коробки:

— Ну, как понял, что я сейчас никто и звать примерно так же, и любимой предложить мне нечего, так и занялся. Самообразованием. Радуйся.

— Чему бы? — так сразу после нервотрепки,перелета и новостей не въехала я.

— Как ты и хотела, я пойду в Универ. Не уверен, что в твой, там же отец. Но на вышку точно попрусь. И на права сдам после восемнадцати. И работать буду.

Оставалось только сгрести косметику в специальный бокс и изумляться:

— Прямо мечта любой матери — целеустремленный ребенок.

— Я знаю, что ты меня и без этого любишь. Но так тебе это делать приятнее, — такой снисходительно-покровительственный тон. Где-то я его частенько слышала.

Да, кровь — не водица.

— Милый, хорошо, что ты все это понимаешь. Но ведь может случиться так, что ты перерастешь свои сегодняшние чувства, — осторожно ступила на зыбкую почву неразделенной первой любви, где бомбануть может абсолютно все, от замечания об изысканности цветочного аромата до вопроса о погоде. — Ты же образование не бросишь?

Ну а что? Хотелось бы гарантий, естественно, да кто ж их даст? Так что просто — полюбопытствовать.

Конечно, ослик презрительно фыркнул, демонстративно скривив лицо:

— Я хоть и сын Миронова, но не полный же идиот, силы и время зазря тратить? Если уж взялся…

Тихонько выдохнув, обняла сына:

— Спасибо.

'Надежды становятся болью и памятью.

Любовь превращается в тяжкий урок.

А музыка? Музыка… больше не радует,

Как будто бы стала лишь смесью из нот…'

Анна Островская «Скрипач»

Пока нас фигурально носило по кочкам, от основной темы мы изрядно отклонились.

Но Рус помнил.

Обстоятельно заварил, а после разлил нам в кружки какой-то новый чай из сегодняшних китайских гостинцев. Достал булочки из хлебницы. Вздохнув, уселся за стол и вернулся на рельсы очень неприятных воспоминаний:

— Короче, я потом на отца злой такой был. Ну и поехал на работу к нему, чтобы дом скандалом не пачкать.

Не ожидала такого понимания и чувствительности от него, конечно. Может, это оттого, что у Руслана сейчас период создавать излишние препятствия и трудности, а потом изо всех сил превозмогать и преодолевать, чтобы чувствовать себя молодцом?

— Спасибо, конечно, что поберег имущество, но мы же, вообще-то, съезжать собирались.