Книга Хорошая девочка. Версия 2.0, страница 67 – Дора Шабанн

А когда прояснилось и небо открыли, тут на пограничном контроле Мадинку и остановили. Ну и папеньку ее. А к тому были вопросы еще по линии его несколько не совсем благородного занятия на родине.

Так что по состоянию на момент написания письма, то есть полсуток назад, Динка сидела в отделении полиции в Пулково и ждала единственного законного представителя — мать.

Да, дела.

Мне что-то резко захотелось закурить. Впервые в жизни.

Ослик, золотой ты мой ребенок, простите, Пресвятые Просветители!

Написала Нинке слов поддержки. Гоху посоветовала не отпрятывать, пока вопрос с отцом ее не решится как-нибудь окончательно, да и Динка может чего-нибудь отколоть на психе.

Мелкую соплю надо было бы отходить крапивой, но не сезон. Так что оставалось — вести к психотерапевту, хотя пора, кажется, уже к психиатру. Но начать лучше с детской комнаты полиции по месту проживания.

Я не умничала, так просто высказалась. Ну, мысли же прут от эмоций. Все мы люди.

Девчонкам там, на месте, виднее. Но я хорошо помню ужас и панику, когда вот только что пропадал Рус, и это он у меня еще более-менее психически устойчивый товарищ.

Вот так, трясясь осиновым листом, выскочила я из аудитории и понеслась туда, куда последнее время бежала чуть что не так. К Владу.

Говорила я, что нельзя мне расслабляться?

Ну, еще раз повторю, просто чтоб не реветь.

Владимир Львович говорил по телефону, когда я пришла. Народ в преподавательской был сплошь местный, так что он ни голоса не понижал, ни скрывался особенно: стоял у своего рабочего стола, глядел в окно.

Я, не знаю с чего, замерла у стеллажа с учебными пособиями за его спиной.

В воздухе висела ваниль.

Прямо плотно. Просто, как смог — окутывала и душила.

Глубоко ее вдохнув, ни с того ни с сего встала столбом. Ноги почему-то не шли. К сожалению, ушам этот временный паралич нижних конечностей не мешал функционировать.

— … как ребенок? Конечно, Любушка. Рад, я рад. Такая новость. Спасибо, дорогая. Нет, не сразу. Ты же помнишь, у меня еще неделя здесь, затем в Питер прилечу, дела порешать. А оттуда уже к вам. Конечно, встречай. Спрашиваешь,с удовольствием.

А потом ваниль меня доконала, и паралич внезапно исчез. Как и силы держать себя в руках.

Что делает в таких неоднозначных случаях любая разумная взрослая женщина? Разговаривает. Уточняет. Вносит ясность.

Ну, это взрослая и разумная, да.

А усталая нервная истеричка, с ассоциативным мышлением? У которой в мозгах копошатся семейные установки? Да еще и бушуют в душе новые яркие и режущие эмоции, а в крови гормоны?

Вот.

Меня как-то за последнее время прилично так на разнообразных переживаниях растрясло. То любовь, захлестывающая и накрывающая с головой. То Рус, то родственники, то, вот, Нинка с Лей и их дурдомом.

Я, увы, оказалась не в состоянии собраться, взять себя в руки и поступить цивилизованно.

И сделала я то, что автоматически привыкла выполнять всю свою сознательную жизнь в страшных ситуациях.

Сбежала.

Спасибо прежним командировкам, примерный стандартный план принимающей стороны я знала хорошо. И впервые в жизни воспользовалась служебным положением.

Выловила после лекции Джу:

— Привет, — прихватила подружку за рукав и утащила в ближайшую нишу с фикусом. — Такое дело: от нас в этот раз тусоваться по ВУЗам поеду я. Какая программа? Когда стартуем? Чего брать?