Книга Хорошая девочка. Версия 2.0, страница 108 – Дора Шабанн

— Сбросить тебе полную версию спектакля, рыцарь?

— Буду благодарен.

— Нужна мне твоя благодарность, салага. Если Риточку обидишь, эти долбаныерозы тебе благом покажутся.

— Не обижу.

В ответ меня просветили рентгеновским взглядом.

После осмотра, вероятно, посчитав годным к строевой, задумчиво кивнули:

— На почту пришлю. Все, отваливай. Не дразни нашего плешивого тигра.

Теперь хмыкнул уже я:

— Игорь Александрович сказал, что старый дракон.

Николаич убрал телефон в карман и закурил волшебным образом появившуюся в руках папироску:

— Мелковат будет для дракона. А хоть бы и так, сокровище свое он все одно прое*л.

После такой резолюции, что остается?

Только отвалить.

Это я и сделал.

Пока у нас здесь все кипело, Рус прислал мне адрес, правда, с матерным напутствием. Надо будет провести разъяснительную беседу с молодежью, ибо лексические обороты слабоваты и банальны. Куда это годится?

Так, сейчас быстро найти такси.

Вот ты умчалась, конечно, вдаль. Но это ничего.

Жди меня, моесокровище.

'Что мы сделали с надеждой,

В час, когда пришла беда,

Ведь такими же, как прежде,

Мы не будем никогда…'

Олег Газманов «Единственная моя»

Получив на ресепшен ключи и выпив приветственного травяного чая с можжевельником, по дороге к вигваму написала сыну, что я в порядке и на месте. Забросив сумку и пакет из кафе с плюшками к утреннему чаю в домик, вышла на улицу.

Потянулась. Огляделась.

Да, гулять в парадном костюме и замшевых туфлях не особенно удобно, но в моем нынешнем состоянии — плевать. Если что брюки потом отдам в чистку, а туфли выброшу. К лешему их, как и воспоминания о прошедшем дне.

Рус ответил, что он в порядке. Сидит дома, занят делом: закончил уборку, ваяет проекты. Пожелала спокойной ночи и обещала вернуться завтра к шести — семи вечера.

Телефон, проверив получение согласия Шефа на отгул, выключила.

И пошла.

Сначала — вперед.

Очнулась у озера.

Удивилась, увидев лебединую пару. Они редко из своей заводи выбирались на большую воду.

И такие эти белые птицы были воодушевляющие, что захотелось всплакнуть. Плыли рядом, иногда касаясь клювами шеи один другого.

Я тот еще орнитолог, но решила, что она— поменьше размером и изящнее. А уж как он вокруг нее суетился. Мне оставалось лишь тихо и очень завистливо вздыхать. Знала я одного такого. Заботливого.

Но на душе потеплело оттого, что любовь есть.

Пусть и у лебедей хотя бы. Они, наверное, не заморачиваются всякими социальными глупостями, разницей в возрасте или невозможностью снести яйцо.

Счастливые.

Понаблюдав за этой чудесной парой полчаса, решила, что розового зефира мне на сегодня достаточно, пора подумать и о неприятном.

Отвернулась от семейной идиллии и пошла бродить вокруг озера, анализируя прошедший день.

Судилище, то есть заседание кафедры, было для меня давно ожидаемым кошмаром. Но, наплевав на собственные традиции и привычки, я не сбежала как всегда. Не уволилась заранее, хотя ещё в Китае об этом думала. Хотела же принести в жертву свою карьеру… дура.

Удачно вышло, что я была обижена и зла на Влада. Оказывается.

А как показала беспристрастная реальность — на деле собирушка оказалась мыльным пузырём.

Миражом и бредом воспаленного сознания.

Там не то что бояться, тамдаже переживать было не о чем. Но я бы этого не узнала, если бы поступила как обычно и сбежала.