Книга Измена. Закрывая гештальты, страница 120 – Дора Шабанн

Скривился, но кивнул.

— Прошу избавить меня от демонстраций, провокаций и прочих ваших самцовых глупостей. Пожалуйста.

— Хорошо, Капризуля. Я тебя услышал. Ты, конечно, не права и не представляешь, от чего отказываешься. Но свободу выбора еще никто не отменял, — прижал широкую ладонь к сердцу, отвесил шутовской поклон.

А я что, хуже?

Сложила ладони в молитвенном жесте, чуть склонила голову:

— Благодарности великие!

— Ох и намаешься ты с ней, брат, — фыркнул Кир и хлопнул Глеба по плечу.

Они обменялись рукопожатием, и Кирилл Андреевич нас оставил.

— Достал тебя? Я ему завтра отдельно объясню… — тут же начал водить носом по виску Глеб.

Вздохнула:

— Не люблю такую назойливость.

— Да уж я заметил. Как на меня фыркала, а, медовая? Но я знал, что все равно моя будешь, — зашептал в самое ухо, а потом еще и прижался за ним губами.

А меня не только в дрожь от этого бросает. Я вся в мурашках уже от воспоминаний. И он совершенно определенно этовидит.

Капец.

— Мам, едем? Когда там Лерку-то нам вернут? — поинтересовался довольный жизнью сын.

Вздрогнула. Вздохнула.

И правда.

Пора нам.

— Да, поедем. Скоро уже дядя Марк их привезет.

А когда мы устроились в машине и я порулила к дому, то услышала от ребенка неожиданное:

— Дядя Марк крутой.

Краем глаза тут же заметила, как мгновенно напрягся и весь подобрался Глеб.

— Да, он мне и с геометрией тогда помог, и с физикой.

— Это когда? — совершенно обалдела. — А чего у меня не спросил или у Леры?

Кот сопел достаточно долго, а потом выдал такое, корректное пояснение:

— Да это в марте было.

И снова перехватило дыхание и в ушах слегка загудело.

Ясно, что от перебора с «животворящим отдыхом», а не от воспоминаний о том ужасном периоде нашей жизни.

И среди этого больного, тревожного наваждения меня вдруг накрыло теплом. От горячей уверенной ладони, что легла на правое колено и крепко его сжала. А потом еще и погладила.

Нашел время.

Зыркнула недовольно.

— Когда в следующий раз поедем с тобой кататься на байке, сможешь мне отомстить, — шепнул, широко улыбающийся Глеб.

А потом серьезно добавил:

— Я не в состоянии изменить прошлое, но могу дать тебе будущее,где ты обретешь безопасность, спокойствие и счастье.

'Но почему, почему, почему

Был светофор зеленый?

А потому, потому, потому,

Что был он в жизнь влюбленный.

В мельканье дней, скоростей и огней

Он сам собой включился,

Чтобы в судьбе и твоей, и моей

Зеленый свет продлился…'

Николай Зиновьев «Зеленый свет»

Следующая неделя у нас была ознаменована в понедельник чудесной вестью: приказ о зачислении Леры в магистратуру вышел.

Как я радовалась — не пересказать. Сильно-сильно и от души. До того, как услышала продолжение.

— А ещё, там такая шикарная программа международного научного сотрудничества. Очень интересная, — взахлёб рассказывала дочь, размахивая чашкой с моим успокоительным чаем.

Международное сотрудничество, с одной стороны, интересовало меня постольку-поскольку, с другой я прекрасно понимала, что если ребёнок об этом напоминает, то ведь неспроста. И в большинстве своем — не к добру.

Естественно, как адекватная мать, начала издалека и не с запретов:

— Милая, а к чему нам это сотрудничество?

— Мам, ты же понимаешь, что придёт сентябрь, и Арсений вернётся на кафедру? — Лера смотрела уверенно и прямо, хоть горечь и притаилась на дне зрачков.