Книга Развод. Снимая маски, страница 112 – Дора Шабанн

Хотя однажды, глядя на счастливого отца, который разобрал матушкину древнюю швейную машинку и вдохновенно что-то там чистил и смазывал, Сергей заметил:

— Он давно так не радовался жизни. Глаза горят. Спасибо твоей матери, у него в жизни, наконец-то, появился маяк.

Ёжики-корежики! У моей мамы появился мужик «с прицепом».

К такому меня жизнь не готовила.

А если откровенно, то к выходке Виктора я тоже готова не была, но в итоге-то все оказалось к лучшему. И это мы еще не упоминаем подарок Аникеевых, к которому, мне кажется, в принципе нельзя быть готовым. И к его последствиям, да.

Но, честно, так приятно наблюдать, как моя родительница мягко улыбается и не мешает Валерию Романовичу совершать в свою честь подвиги, разрешает баловать себя и очень разнообразно ухаживать.

Оба светятся, часто держатся за руки, о чем-то шепчутся и хихикают, как влюблённые подростки — милота.

Дочери мои, конечно, в восторге, потому что им с тех ухаживаний тоже перепадает развлечений, хоть и по остаточному принципу, но им хватает и этого.

Выходит, что, пока мать переживает качественный перелом в традиционных жизненных установках, дети мои все для себя уже решили и требуют от меня ответных мер.

Хорошо же. Это они во время.

Я тоже много что про себя тут поняла и приняла.

И решила тоже. Да.

Поэтому имею предложение:

— Хорошо, мы возвращаемся. Как раз пойдут чередой концерты, лагеря, елки. Я, пока есть время, — уволюсь. А в начале января посмотрим, что там с домом деда вашего, да будем определяться, где и как нам дальше жить. Хотите, сюда к бабушке переедем?

Девочки оторопели от маминой внезапности, но это были еще цветочки. Ягодки нам организовал полковник:

— Если к бабушке, то переезжать надо будет в столицу. Асенька соблаговолила принять мое предложение и готовит перевод в один из Московских ВУЗов. А вообще-то, я настоятельно предлагаю ей уволиться. Чтобы после свадьбы мы могли спокойно путешествовать — Китай, Индия и Аргентина для начала, а там определимся: лето на нашем юге или Ася во Вьетнам захочет.

— Планы наполеоновские, а сейчас как раз зима. Вам это ни о чем не говорит?

— А вот я же говорю: вся в мать — феерическая барышня! — восхитился Валерий Романович.

Вышеупомянутая мать тихо засмеялась:

— Вась, решила я тут, на старости лет, еще раз замуж сходить.

— И сходи! Отчего ж не сходить? Где оттуда выход — ты знаешь, — улыбалась от души.

Мама совершенно точно заслужила счастье.

Как она любит говорить: «потрогать, ощутить и узнать на вкус и запах».

Полковник, уловив намёк, насторожился:

— Никаких разводов. Вот ещё, выдумали.

Теперь тихо смеяться пришла пора уже мне:

— Вы бы не угрожали почтенной вдове…

Недолгая заминка, а потом полковник вспомнил анекдот про «пятый просто грибы не любил…», ну а мне тоже было чем ответить из историй, времён институтской юности:

«Идет по лесу ослик Иа. Видит — Винни-Пух что-то роет.

— Привет, Пух!

— Привет, Иа!

— Чем занимаешься, Пух?

— Да вот, Пятачка хороню.

— Да? А почему лопата в крови?

— Да вылезает он».

Поржали дружным хором, но Валерий Романович ходил задумчивый.

Двадцать четвертого декабря у меня появился отчим и сводный брат Серёжа, а дочерям моим перепал такой развесёлый и активный товарищ для игр, что моему восторгу этой компании не было предела.