Книга "Кавказ". Я нагулялся, Пышечка, страница 1 – Евгения Кец

Понедельник — день тяжёлый. Кто это придумал — тот знал, о чём говорил.

Будильник орёт в шесть тридцать. Я ору в ответ и бью подушкой по тумбочке. Не помогает. Телефон продолжает надрываться, как будто от этого зависит его жизнь.

Встаю. Тащусь в ванную. Смотрю в зеркало.

Отлично. Просто прекрасно. Мешки под глазами, волосы как воронье гнездо, на щеке — отпечаток подушки. Красотка, блин.

Телефон звонит снова. Мама. В семь утра. Конечно.

— Алло?

— Марьяна! Ты уже встала?

— Нет, мам, я разговариваю с тобой во сне, — выдавливаю зубную пасту на щётку.

— Не дерзи. Я звоню напомнить — у тёти Любы юбилей через месяц.

— Помню.

— Наденешь то синее платье? Которое я тебе подарила.

То синее платье. На два размера меньше? «Для мотивации».

— Оно мне мало, мам.

— Ну, так похудей! Время ещё есть. Посидишь на кефире...

— Мам, мне на работу.

— Кефир и огурцы! Алина так делала перед свадьбой Лены, помнишь? Минус три кило за пять дней!

Алина — моя сестра. Худая. Не потому, что хочет — потому что не может есть. Смотрит на еду — и тошнит. Спасибо, мама. Твои «диеты» творят чудеса.

— Мне пора, — говорю. — Опаздываю.

— Подожди! Я ещё хотела сказать...

— Пока, мам.

Сбрасываю. Знаю, что потом будет обиженное «ты меня не уважаешь». Плевать. Сейчас — плевать. У меня слишком много дел.

На работу я уже опаздываю. Как всегда по понедельникам.

Пробки, светофоры, какой-то идиот на задрипанном джипе, который решил, что поворотники — это для слабаков. Я сигналю. Он показывает мне средний палец. Классика жанра.

До офиса — десять минут. Если повезёт. Если все светофоры зелёные и никто не решит припарковаться посреди дороги.

Телефон пиликает. Сообщение от начальницы:

«Марьяна, сегодня планёрка в 9:00. Не опаздывай».

Смотрю на часы: восемь часов сорок семь минут.

Твою-то мать!

Газую. Перестраиваюсь. Впереди — светофор, жёлтый. Проскочу? Проскочу!

Не проскочила.

Торможу резко. Слишком резко.

И — бам.

Въезжаю в машину впереди. Несильно. Бампер в бампер. Но — въезжаю.

— Да ё-моё! — ору в пустоту и луплю руль.

Впереди — громадный внедорожник. Дорогой, блестящий, наглый. Как и его хозяин, наверное.

Выхожу из машины. Ноги подкашиваются — то ли от стресса, то ли от злостина саму себя, ведь это я виновата в аварии.

Дверь внедорожника открывается.

Из машины выходит... гора. Аж сжимаюсь от неожиданности.

Высокий, широченный мужик. Тёмные волосы, чуть вьются. Горбинка на носу. Рубашка расстёгнута на две пуговицы — золотая цепочка поблёскивает на шее. Да кто-то явно любит выпендриваться, я была права. Джинсы, кроссовки, уверенная походка.

Смотрит на меня. Потом — на свой бампер. Потом — снова на меня.

И — улыбается. Широко, нагло.

— Привет, Пышечка, — говорит голосом, от которого по спине мурашки, — если хотела познакомиться — можно было просто подойти. Зачем машину калечить?

Я моргаю.

Он что, серьёзно?! Хочу вцепиться ему в глотку. Как можно так с ходу? Ни стыда ни совести!

— Я не хотела знакомиться, — рычу. — Я хотела проехать на работу. А вы торчали передо мной!

— Я стоял на светофоре.

— Ещё можно было проскочить!

Он смеётся. Запрокидывает голову и смеётся — громко, заразительно. Как будто я сказала что-то невероятно смешное.

— Слушай, — говорит отсмеявшись. — Светофор был жёлтый. Я остановился. Ты въехала.