Книга Пышка для физрука, страница 61 – Анфиса Рэйса

Теперь многое встало на свои места. Вот почему он так старается угодить мне, заботится и просто не даёт покоя.

– Я это знаю, – ответила я. – Тебе не нужно ничего мне доказывать, Максим! Не переживай, я и сама хочу этого малыша. У него будет самый лучший папа в мире!

Он тепло улыбнулся.

– Я люблю тебя, – сказал Максим.

– Я тоже тебя люблю.

***

Вечером того же дня мой парень наконец-то дал мне передохнуть от своей заботы. Первый раз в жизни я так радовалась возможности самой помыть посуду.

Позже вечером я пришла в спальню и поцеловала его. Он уже выучил значение каждого из моих поцелуев.

Руки Максима скользнули по моей талии, цепляясь за кружевную ткань ночной рубашки. Он опустился поцелуями к моей шее и отступил в сторону нашей кровати.

Его прикосновения каждый раз были как в первый, даже несмотря на то, что с начала отношений прошло уже больше года. Только Максим знает, где коснуться меня, где поцеловать, как заставить почувствовать себя желанной.

Он отпустил меня, чтобы я могла лечь, а после опустился рядом, нависая надо мной. Свет от ночника так волшебно запутался в его волосах. Его морщинки вокруг глаз делали меня самой счастливой, ведь только я одна могу рассмотреть их, могу любоваться на родинку на кончике носа, знаю о каждом родимом пятнышке.

– Мне так повезло с тобой, – прошептала я.

– Нет, – засмеялся он тепло, – это мне повезло. Ты самая особенная девушка на свете, Ангелина.

Я обняла его за шею. Максим отвёл в сторону мешающую прядь моих волос, наклонился, чтобы поцеловать меня.

– Ай! – воскликнулая неожиданно.

– Что такое?! – Он в ужасе подскочил на ноги, поспешил включить свет. – Ребёнок?! Что с ребёнком?!

Я щурилась от слишком яркого света.

– Ничего не вижу! – пожаловалась я.

– Ангелина!

– Ты всего лишь случайно лег на мои волосы! Папаша… – я закатила глаза.

– Скажи мне правду, Ангелина! Что-то случилось с малышом? Тебе больно? Ответь!

Я тяжело вздохнула. Это будут долгие девять месяцев.

Дорогие читатели! Действие в этом бонусе происходит во временных рамках между главой 29 и эпилогом. Можно считать дополнительной главой.

– Да они издеваются, – возмутился Максим, любуясь на открытое на экране ноутбука письмо. – Это же надо ехать несколько часов на поезде!

– Видимо, в Москве школы закончились, вот меня и ссылают на практику куда подальше, – пожала плечами я. – Да ладно тебе! Это обычное дело: мой универ ведь считается областным.

– И что?

– Стало быть, практику надо проходить в области. По-моему, всё логично.

Максим забрал ноутбук с моих колен и устроился с ним поудобнее на диване. Мы сидели в их с Ваней квартире, спасаясь от июньской жары. Лето только-только наступило, а на улицу уже выходить не было никакого желания. Я с любовью посмотрела на висящий на стене кондиционер. В моей съёмной однушке о нём остаётся только мечтать.

– Сейчас я им напишу, что ты никуда не поедешь, – решил Максим и решительно нажал на «ответить».

– Пиши-пиши. Аркадий Львович только и ждёт повода меня отчислить. Простить не может твое увольнение. Думаешь, почему именно мне достался счастливый билет в Воронеж?

Максим перестал печатать и с тоской посмотрел на меня. Он знал, как я хочу закончить этот универ и стать учителем истории. В страсти к преподаванию мы с ним очень похожи. Именно это, скорее всего, и удержало его от того, чтобы предложить мне отчислиться.