Книга Булочка и две крошки для миллионера, страница 65 – Анфиса Рэйса

— Малыш, — попробовала начать я. — Понимаешь, когда ты был маленьким, я… я…

Слова никак не шли на ум. Как? Как вообще такое сказать ребенку? “Извини, солнышко, я не твоя родная мама?” Какой ужас! Нет, я не смогу.

— Ма-ам? Ты за что-то злишься? — плаксиво спросил сидящий на диване Матвейка. Я сидела перед диваном на ковре, держала в своей его маленькую ручку и отчаянно пыталась найти слова.

Одно дело — если бы я хотела просто сказать ему о том, что Антон не его родной отец. И совсем другое — объяснить, что и я не родная мама, а Мира ему вовсе не сестра. Ну и как это вообще сказать пятилетнему ребенку?

— Конечно, нет, милый, — поспешила успокоить его я. — Мама не злится. Просто…

— Скоро наш день лождения! — воскликнул Матвей. — Нельзя детей лугать перед днём лождения. Ты не знаешь, что ли, мам? Первое декабр-ря! — чтобы меня задобрить, он даже неплохо справился с буквой “р” в последней фразе.

А у меня в груди неприятно кольнуло. Его день рождения вовсе не первого декабря, а тридцатого ноября. И это тоже мне предстоит ему объяснить. Как-то. Наверное, это самая трудная задача в моей жизни.

Во входную дверь постучали, и Мира бросилась открывать. Я с облегчением вздохнула, поднимаясь на ноги. Кажется, разговор снова откладывается. Если честно, то я откладывала его уже кучу раз. Но рано или поздно я должна найти слова. Если не найду я, найдет кто-то ещё, Антон со злости скажет ему, например. И сыночку будет в тысячу раз больнее.

Я вышла в коридор и увидела Виктора. На сердце сразу потеплело. Я смотрела на него и думала: «Мой жених пришел». Боже, так ведь оно и есть!

Спокойно, Маша, это просто фиктивный брак. Но сердце совершенно не хотело слушать доводы разума.

— Дядя Витя! — Матвейка бросился к нему, видимо, ища защиты. Он решил, что я им недовольна, поэтому и вызвала на разговор наедине. — Привет!

— Привет, львёнок, — Виктор подхватил его на руки. — Значит, вы с мамой уже приехали? — взгляд на меня.

— Сегодня мама собрала наши вещи, — поделилась скачущая рядом Мира. — Все-все игрушки! Мама сказала, мы возвращаемся назад, сюда! Ура!

— Дядя Витя, а пойдем в бассейн? — поддержал восторг сестры Матвей. — Хочу купаться!

— И я! И я! — запрыгала Мира.

— На улице почти зима, — покачала головой я.

— Мылучше с вами поиграем в прятки, — улыбнулся Виктор. — Но сначала нам с вашей мамой нужно проговорить.

— Это потому что ты соскучился по нашей маме? — полюбопытствовала Мира. — Так Сабина сказала!

— Мира, идите поиграйте с братом, — распорядилась я. — Давайте-давайте, Матвей, игрушки плачут в чемодане.

Двое моих детей покосились на меня, как на сумасшедшую. Да, быстро они выросли. Но они все же умчались, оставляя нас с Виктором одних в прихожей.

— Попьём чай? — предложила я и, не дожидаясь ответа, повела его на кухню. — У меня и яблочный пирог имеется.

— Я очень рад, что ты приехала, — сказал Виктор, наблюдая за тем, как я хлопочу на кухне. Он сел за стол и провел по нему ладонью, разглаживая скатерть. — Если честно, то мне даже не верилось, что и правда удалось вернуть тебя. Я знаю, что у тебя просто не было другого выбора, но все равно. Спасибо, что доверилась, Маша.

Я поставила перед ним кружку с чаем и тарелочку с кусочком пирога, помедлив с ответом.