Книга Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов, страница 22 – Ульяна Романова

Он спрятал ладони в карманы джинсов и уверенной походкой подошел ко мне вплотную.

Я осталась стоять на месте, но сердце забилось весьма неспокойно. Откуда я могу знать, может, он буйный? Или сам хочет стены в школе закрасить?

— Ну, заходи! — Он мотнул головой в сторону класса.

Мамочка!

Данелия

Хамидзе сегодня выглядел особенно пугающе! И смотрел так, словно он инквизитор, а я ведьма, которая последние тридцать лет прогуливала у него пытки.

Я сделала шаг назад, Хамидзе шагнул вперед. Я сделала еще один, тактически отступая от взбешенного мужчины, и уперлась спиной в стену.

— Дайте пройти, — проворчала я.

— Ты зачем пришла, Стервелла Альбертовна? Пацана мне решила испортить?

— Каким образом? — ахнула я.

— Таким, что он сам должен свой косяк отработать, без твоей помощи. Своего решила рохлей вырастить и моего подтянуть?

— Господин Хамидзе, я здесь с целью исключительно помочь! — Я так разозлилась, что даже умудрилась указательным пальцем его в грудь ткнуть.

Очень жесткую грудь.

И лучше бы я этого не делала, потому что глаза у Хасана Муратовича очень опасно сверкнули, а мысленно он, кажется, выбирал орудие для пыток.

— Вы сами-то зачем сюда пришли? У вас запасная спина есть в наличии, что вы на подвиг решились? И только не говорите, что из-за меня!

— За пацаном заехал, — выплюнул он с ненавистью, — а тут ты развращаешь мне сына.

— Это называется взаимопомощь, сухарь вы бездушный! Ребенок должен знать, что родители всегда помогут! — завелась я.

Не говорить же ему, что я тоже заехала за сыном и по несчастливому стечению обстоятельств снова встретилась с этим бородатым хамлом!

— Пацан должен знать, что за свои слова и действия надо отвечать! — парировал Хамидзе. — А ты мне все воспитание портишь. Я думал, твой пацан на моего плохо влияет, оказывается не он, а ты!

— А может, дело не в нас? Хасан Муратович, если все вокруг кажутся вам идиотами, то, может, стоит посмотреть вглубь себя и убедиться, что идиот не вы?

— У меня с тобой точно глаза скоро завернутся в обратную сторону, чтобы посмотреть, не дымится ли мозг! — согласился он.

— Было бы любопытно на это взглянуть, — хмыкнула я.

— Чем расплачиваться за шоу будешь?

— Могу мазью от радикулита. Или настоем валерианы на коньяке. Что предпочитаете?

— Предпочитаю больше никогда тебя не видеть. Сможешь?

— Чем за такую услугу расплачиваться будете? — вернула ему его же слова.

— Сосудом Гигеи. Банка специальная для змей, куда они яд сливают. У тебя явно передоз, лишнее надо сцеживать. К слову, яд королевской кобры на черном рынке можно дорого продать.

— Спасибо за комплимент. Я не просто кобра, а целая королевская, — ехидно прошипела я.

— Порадуйся и заходи в класс, королевский прораб, тебя так и тянет поруководить чьим-нибудь ремонтом!

— Да пожалуйста! — фыркнула я.

Но Хамидзе стоял настолько близко, что пространства для маневра не оставалось. Пришлось снова с осторожностью тыкать пальчиком в его грудь, дабы сдвинуть эту махину с дороги и пройти.

Сегодня я надела кроссовки вместо привычных каблуков, и оказалось, что ростом я ему едва доставала до плеча. Хасан Муратович, кажется, задымился, когда я снова его коснулась. Сжал челюсти так, словно от этого зависела его жизнь, и громко втянул воздух носом.