Книга Бывшие. Поверь нам, папа!, страница 16 – Катя Морошка, Мальвина Эм

Я был уверен, что Люба отнесется к моей свадьбе иначе. Но она отлично подготовилась.

— У вас есть вариант с фиолетовым? — никак не успокоится Регина. — Я всегда хотела выйти замуж в фиолетовом цвете.

— В фиолетовом сейчас нет, есть лиловый... Но будет примерно понятно...

Люба берёт в руки планшет и начинает искать в нем нужную картинку, но Регина снова недовольно фыркает.

— Любовь, “примерно” нас тоже не устраивает. Если вы не могли нормально подготовиться, то для чего было назначать нам...

— Мы берем первый вариант, — прерываю ее и смотрю на Любу.

— Но Руслан...

— Первый, — повторяю для Регины, смеряя её взглядом. Раздражающий разговор нужно прекращать. Это уже слишком. И как же жаль мне того, кто на самом деле решит на ней жениться.

— Ладно, если тебе нравится... — тушуется та и, наконец, замолкает.

— Хорошо. Значит, классика, — кивает мне Люба, а потом отводит глаза и достает из папки листы с печатным текстом. — Тогда осталось подписать договор, я прикреплю к нему эскизы. Ознакомьтесь, если все устраивает, то заполните ваши данные и на последней странице поставьте подпись.

Пробегаю глазами по стандартному бланку договора и кладу его на стол, собираясь заполнить свои данные, но, когда хлопаю себя по карману пиджака, понимаю, что забыл в офисе ручку.

— Вот, возьми мою, — Люба протягивает мне ручку, беру ее с другой стороны и я зачем-то снова смотрю на жену.

Она заметно теряется, отдергивает руку и для виду принимается копошиться в папке с бумагами. Опускаю взгляд на бланк и крепче сжимаю ручку. После развода Люба так и не поменяла фамилию, оставила мою. Горянова Любовь Анатольевна значится в самом верху, а я чувствую, как сводит челюсти.

Люба, Люба... Что же ты наделала...

Как только заканчиваю заполнять первый экземпляр, Регина берет его в руки и начинает читать, а потом снова фыркает.

— Предоплата сорок процентов? Любовь, вы в своем уме?

— Что вас смущает? — невозмутимо отвечает ей Люба. — Это вполне логично. Мне как минимум нужно закупить материалы. Если вас не устраивает, то...

— Нас устраивает, — закончив заполнять второй экземпляр, протягиваю один ей, второй сворачиваю пополам и поднимаюсь. — Завтра утром переведу деньги, и можешь начинать работать.

Сухо прощаюсь и направляюсь к выходу, чтобы быстрее покинуть место, бесконечно напоминающее о прошлом, что безвозвратно ушло. Регину видеть хочется еще меньше, но она семенит следом, потому что нам обоим надо вернуться в офис и доделать дела.

Хочу только одного — быстрее отыграть этот спектакль, получить от инвестора деньги и забыть происходящее, как ещё один страшный сон.

Уже собираюсь сесть за руль, но внезапно взгляд цепляется за знакомую фигуру. Останавливаюсь, наблюдая, как к дверям кафе подходит мужчина. Тот самый, что был на видео. А рядом скачут двое ребятишек — мальчик и девочка. На улицу выходит Люба, дети летят к ней, а потом девочка кричит:

— Мама, мама, а Миша обещал нам на день лождения большо-о-ого медведя купить, пледставляешь?

Тут же ловлю ступор.

Миша?! Почему? Почему она не называет его папой?!

В голове начинают крутиться шестеренки. Замираю с открытой дверью и смотрю на то, как этот Миша подходит и целует в щеку мою жену.

— Извини, я сделал все, что мог, — весело разводит он руками и указывает на детей. — Но они хотели к тебе. Пришлось пообещать им медведя, если не будут мешать.