Книга Сосед! Не грози-ка дочке генерала, страница 9 – Катя Морошка

— Ага, разбежался.

Он берет меня за плечо своей лапой и сдвигает назад, чтобы закрыть дверь. А потом закрывает ее прямо перед моим носом.

— Разбежался, говоришь? — зло бурчу себе под нос, пока ищу ключи в сумке. — Ну вот и побегай.

Врываюсь в квартиру вихрем, нахожу в кладовой мышеловки, которые купила отцу на дачу и закусываю губу от предвкушения, как вредный сосед испробует их на себе. Следом достаю подсолнечное масло…

— Побегаешь ты у меня… И покатаешься…

Хватаю из шкафа воздушный шарик, скотч, готовлю реквизит на полке в прихожей, одеваюсь и тихонько выхожу на улицу. Сначала надеваю воздушный шарик на глушитель его машины, предварительно насыпав туда конфетти для пущего эффекта, и заклеиваю скотчем. Месть безобидная, но, уверена, он оценит.

Когда возвращаюсь на этаж, прислушиваюсь. За дверью соседа работает телевизор, а я, улыбаясь и представляя, как с его лица сотрется это гадкое самоуверенное выражение, мажу стены возле его квартиры маслом. Заодно прохожусь по дверной ручке и после этого расставляю мышеловки по всему придверному коврику соседа.

— Кто там у нас любит босиком ходить?

Закончив с ловушкой, спешу за стремянкой, выкручиваю лампочку на лестничной клетке, погружая ее во мрак, и отношу стремянку обратно домой.

— Не грози-ка дочке генерала, говнюк, — произношу тихо и выключаю рубильник, после чего свет гаснет в обеих квартирах, но я успеваю убежать к себе и запереть дверь на замок.

Сначала ничего не происходит. Потом, прижавшись ухом к двери, я слышу, как открывается соседская и зажмуриваюсь.

Щелк!

— Ай, су-у-у… — орет сосед, потом раздается еще один щелчок.

Зажимаю ладошкой рот, жалея только о том, что не могу видеть это своими глазами.

Бах!

В попытке удержаться за стену, кто-то соскальзывает и падает, матерясь на весь подъезд.

Радуясь своей пакости, я начинаю хохотать и смеюсь, пока рядом с дверью не раздается легкий стук.

— Цы-ы-ыпа! Открыва-а-ай, — шипит угрожающе.

— Не могу. Я ключи потеряла. Наверно на коврике у тебя обронила. Поищи, а?

— Тебе хана, цыпа.

По шагам слышу, что он отошел от двери, и через секунду свет в квартире снова зажегся. Уже не так важно, что и в его тоже. За мой счет. Как-то резко становится не смешно, потому что есть веские подозрения, что моя выходка мне даром не пройдет.

Половину ночи я прислушиваюсь к шумам в квартире соседа, но ничего подозрительного там не происходит. Просто шаги, тихий бубнеж телевизора. Утром и этого уже не слышно.

Выглянув в окно, вижу, что его внедорожного монстра сдуло с моего парковочного места, а моя ласточка стоит там же, где я ее и поставила.

— Что же ты задумал? — бурчу и начинаю придумывать каверзы, которые мог бы мне учинить сосед, пока не понимаю, насколько это глупо.

Еще бы списком ему отправила.

Электричество в доме работает, перфоратор не шумит, с машиной вроде все в порядке. Может, он и не собирается мне мстить, а просто решил, что страх казни хуже самой казни? Дескать, пусть помучается, сама же себя догадками изведет.

Решив на этом, сажусь за планшет, чтобы как следует проработать информацию урока по “Ангельскому торту”, затем делаю заготовки для торта и еще для пары заказов, которые надо отдать завтра, а когда заканчиваю, мне звонит Глафира Игнатьевна.

— Оксана, есть ли у вас планы на вечер? Я вновь подкорректировала ваши требования, подобрала кандидата. Он готов встретиться сегодня вечером.