Книга Няня для рябинки босса, страница 24 – Елена Верная

— Стеша, идем кушать, — женщина позвала ребенка, и та, недовольно скривившись, пошла за ней. Но потом обернулась и с мольбой посмотрела на Эллу. — Я без тебя кушать не буду.

— Элла сейчас подойдет, — успокоил я дочь. — Идемте, — бросил я няне и направился по коридору к своему кабинету.

Зашел в свой кабинет и сел за стол, а девушка неуверенно осталась топтаться в дверях.

— Пройдите и дверь закройте, — я не хочу, чтобы до Стеши дошло хоть одно слово из того, что я скажу девушке.

Она выполнила мое указание и, подойдя к столу, замерла в ожидании того, что я хочу сказать.

— Я бы хотела все объяснить, — она подняла на меня свои зеленые глаза.

— Не нужно, — я обрубил Эллу и заметил, как она изменилась в лице. Глаза, которые и так на половину худенького лица, заблестели из-за невыплаканных слез. — Послушайте меня и запомните все, что я вам скажу, — девушка сглотнула и кивнула. — Если я узнаю, что вы дурно влияете на Стешу, учите ее чему-то плохому, то это будет последние минуты в этом доме. Насчет воровства…

— Но я не воровала! — девушка запальчиво меня перебивает, но, встретившись с моим суровым взглядом, замолкает.

— Еще раз повторю, — я чеканю каждое слово, чтобы она запомнила и услышала все, что я хочу ей сказать. — Я плачу всем своим работникам достаточно для того, чтобы они боялись потерять свою работу. Если вы будете замечены за воровством или будете совать нос куда не следует, то покинете этот дом и очень сильно пожалеете, что не восприняли мои слова всерьез, — я прищурился, а по щеке девушки скатилась одинокая слеза. Если она думает, что разжалобит меня этим, то оченьсильно ошибается. После концертов, что мне устраивала Марина, я на такое не поведусь.

— Это все? — девушка сдерживается, чтобы не разреветься. Зло смахивает слезинку, что не сдержала, и смотрит на меня в упор.

— Стеша не должна видеть ваши слезы, — я не делаю вид, что не обращаю внимания на ее состояние.

— Это нормальная реакция человека, когда его оскорбляют подозрениями, — отвечает девушка. — А в связи с тем, что вы теперь мой работодатель, я должна соблюдать субординацию и не могу сказать, что думаю.

— А что вы думаете? — я с любопытством смотрю на этого взъерошенного воробушка. Именно такие ассоциации она у меня сейчас вызывает.

— Что вы — редкостный хам! — и девушка развернулась и вышла из кабинета. А я почему-то сижу и улыбаюсь ей вслед.

Элла

Выскочила из кабинета Степана, давясь слезами. Держалась из последних сил, чтобы не расплакаться при нем. И мне это удалось. Но не показать свои эмоции перед ребенком оказалось еще сложнее. Она, словно вихрь, взяла меня в оборот и, закружив, увела на кухню. Я постаралась отмахнуться от обиды на ее отца и все свое внимание уделить ребенку. К слову, теперь это моя работа, которая мне нравилась. Никогда не думала, что просто веселиться с пятилеткой — это так классно и здорово. Елизавета Семеновна накормила нас вкусным и полезным ужином. Весело болтая, мы вычистили свои тарелки. Стеша ела со мной за компанию, и я поймала на нас одобрительный взгляд домработницы.

— Идем! Я тебе покажу свою комнату, и твою тоже! — торопится девочка.

— Сейчас, я только посуду помою за собой, — я встала, подхватив свою тарелку и тарелку девочки, и чуть не споткнулась из-за удивленного взгляда Стеши и Елизаветы Семеновны. Сразу же поняла, что делаю что-то не то, и замерла.