Книга Измена. Малыш для доктора, страница 5 – Елена Верная

Радостная захожу в приемную мужа и, не встретив его помощницы, открываю дверь в кабинет. То, что я увидела, повергло меня в шок. И именно поэтому я смотрю на то, как муж стоит между широко разведенных женских ног со спущенными штанами, и при этом глупо радостно улыбаюсь. То ли они не слышали, как открылась дверь, настолько увлеченные своим занятием, то ли им было все равно, потому что Егор даже не сбился с ритма, делая возвратно-поступательные движения, а девушка, что лежала на его рабочем столе, постанывала, я так полагаю, от удовольствия.

Я не знала, что делать, и просто с грохотом захлопнула дверь, чтобы не видеть это. Но картинка так плотно впечаталась в мой мозг, что стояла перед глазами. Внутри все сжалось от боли. Наверное, так разбивается сердце от предательства близкого человека. Я медленно прошла по приемной и села на диван для посетителей, стараясь не разлететься на осколки, как и мое сердце.

Видимо, мой громкий хлопок отвлек любовников, и они поняли, что их застукали. Только не поняли кто. Через пару минут из кабинета выскочила растрепанная секретарша и замерла как вкопанная, глядя на меня. Она побледнела, покраснела, а потом выскочила пулей из кабинета. Испугалась, что я повыдергаю ее патлы. Но зря она думала, что я в боевом настроении. Я была разбита, раздавлена и не способна на какие-то активные действия. Просто сидела и гипнотизировала дверь в кабинет мужа. И не известно, сколько бы я так просидела, если бы эта самая дверь не открылась и на пороге не показался бы Егор.

— И давно ты здесь? — Егор хмуро смотрел на меня, а я не узнавала мужчину, которого любила больше жизни и который несколько минут назад мне изменял со своей собственной секретаршей. Какая же это мерзость и пошлость.

— Да, давно, — каркающие выдавливаю слова. В горле резко пересохло, и слова даются с трудом.

— Зайди, поговорим, — Егор отходит в сторону, а я смотрю на открытую дверь в кабинет и отрицательно качаю головой. Нет. В его кабинет я больше никогда не зайду.

В душе раздрай, и я уже жалею, что не ушла сразу, когда увидела это все. Чего ждала? На что надеялась? Ответить даже сама себе не могу. Думала, что он выскочит ко мне сюда, в приемную, и упадет на колени и начнет просить прощения? Нет. Он стоит и смотрит на меня так, словно это я сделала что-то из ряда вон выходящее и должна у него просить прощения.

— Как ты мог? — я чувствую, что по щекам катятся слезы, и зло их смахиваю. Не хотела же плакать и показывать, насколько мне плохо.

— Не устраивай сцен, — Егор кривится и закрывает дверь приемной, чтобы нас никто не услышал. Я просто шокирована его поведением.

— То есть отыметь секретаршу на рабочем столе — это нормально, а как мне возмутиться этим — то я уже сцену устраиваю? — я уставилась на мужа, по-прежнему пребывая в полнейшем шоке.

— Не утрируй, — он подходит ко мне и хочет приобнять, чтобы завести в кабинет, но я вырываюсь из его рук и отступаю.

— Не прикасайся ко мне! — я скривилась, словно жабу потрогала. — Мне противно.

— Не дури, — мужчина хмур, но мне уже плевать.

— Пусти, я не хочу с тобой даже в одном помещении находиться, — я направилась к выходу, но муж перехватил меня. — Я подаю на развод!

— Ты его не получишь, — Егор так спокоен, словно ничего не произошло.