Книга Развода не будет, страница 2 – Вера Рэй

Но на работе я взяла отпуск на две недели, попросила себя не беспокоить. Хочу переболеть Ваней, прийти в норму и жить дальше. Сейчас вообще не до работы, если честно.

Подруга мне звонит через соцсети. Ну а с родителями мы обычно созваниваемся только по выходным. Это уже вошло в привычку. Потому что мама знает, что на работе я устаю, и не хочет меня только сильнее нагружать своими проблемами.

«Я не виновата, он сам звонит!» — с растерянным видом посмотрела на соседку, сидевшую на лавочке. Она качала головой, прикрывая уши ладонями, пока я решала, что сделать с пакетом — продолжить держать его в руке или положить на землю. Все же выбрала второй вариант, когда этот проклятый телефон заткнулся.

Но я выдохнула с неким облегчением. Эта слуховая пытка, наконец, прекратилась. Я уж думала, что это никогда не закончится.

Пропущенный от мамы. Хм, интересно. Сегодня четверг, а внепланово она мне звонит только в экстренных случаях. Ах! А может, она узнала, чтомы с Ваней расстаемся? Откуда, кто сказал? Я начинала заметно нервничать.

Наверное, даже хорошо, что я не успела ответить. Вообще, я еще никому не рассказывала о предстоящем разводе. Ненавижу, когда меня жалеют. Сразу раскисаю, и превращаюсь в нюню. Это, конечно, не единственная причина, почему я решила сохранить наш с Ваней развод в секрете.

Но обо всем по порядку…

За три дня я не пролила ни единой слезинки. И меня это более чем устраивает. А если меня начнут жалеть, то начнется бесконечное:

«Почему он так со мной? Чем я хуже его любовницы? За что? Почему он меня бросил? Я же так его люблю!».

Да, люблю… Невозможно так быстро разлюбить человека, даже после того, что он сделал. Невозможно вычеркнуть несколько счастливых лет из памяти. И знаете, пусть Ваня оказался такой же Хрюшей, как и все остальные, как-то не хочется все забывать. Мне остались только прекрасные воспоминания. Мы любили друг друга. Нам было очень хорошо вместе.

И он был хорошим мужем. Если бы не его измена, я бы до сих пор считала, что мы вместе встретим старость. Но не судьба…

Когда я подняла пакет с земли, раздалось несколько глухих звуков, и я почувствовала, что ноша в моей руке становится подозрительно легкой.

— Писец! — вырвалось, когда я поняла, что зацепила пакет чем-то острым, что рассекло его дно.

— Ай-ай-ай, ну и молодежь пошла! Стыд и срам! Безобразие! — соседка сокрушалась в ответ на мой «писец».

— А чем Вам не нравится это полярное животное? — огрызнулась я, имея в виду созвучное «песец». — Извините, тетя Маш, — поспешила попросить прощения, заметив растерянное лицо соседки.

— Стешечка, не ожидала от тебя такой грубости. Куда только Раечка смотрит? Вот позвоню я ей и расскажу, как ты со старшими разговариваешь!

— А Вас в детстве не учили, что ябедничать нельзя? — я округлила глаза, прикрывая рот ладонью. Ах! Что это со мной! Кажется, как бы я себя не убеждала, что со мной все в порядке, я на взводе. И покатившиеся в разные стороны апельсины, похоже, стали последней каплей.

— Степанида!

— Извините, тетя Машечка. Я просто, я в последнее время… Пожалуйста, не рассказывайте бабушке.

Мы с Ваней последний год жили в бабушкиной квартире. Ровно год назад они с дедушкой решили переехать на дачу, чтобы пожить на природе. Ну а нам разрешили жить у них, чтобы зря не платить за съемную. И у нас с Ваней появилась возможность копить на первый взнос по ипотеке. Хорошо, что хотя бы в кредит не влезли. Не придется по судам таскаться во время развода.