Книга Сводный дядя, или Р̶а̶з̶м̶е̶р̶ Возраст имеет значение, страница 22 – Рика Лав

Я зашипел сквозь зубы.

— Вы уверены, что все в порядке? — встрепенулся Чжан.

— Кофе… крепкий сегодня… — пробормотал, чувствуя, как Лилит проводит кончиком языка по всей длине члена прямо сквозь мокрую ткань белья. О, боже… ее язык…

Я дернулся, и кресло громко скрипнуло.

— Определенно, вам нужно отдохнуть, — настаивала Ли, и в ее голосе зазвучала тревога.

— Нет! — я почти крикнул, чувствуя, как девушка уже стаскивает с меня боксеры, и мой член, твердый и весь мокрый от возбуждения и кофе, уперся во что-то мягкое. В ее щеку. Сука! Я услышал тихий, восхищенный вздох Лилит, и это свело меня с ума. — Я… продолжаем, мне некуда перенести это собрание.

А язык девушки снова скользнул по мне, на этот раз уже по голой коже. Медленно от самых моих яиц, которые она погладила пальчиками, до чувствительной головки.

Лилит обхватила ее губками и принялась слегка посасывать, играя. Я впился пальцами в подлокотники кресла, чтобы не застонать. По спине бежали мурашки.

— По… поводу налогов… — я пытался говорить, но слова шли рвано. — Параграф… 7С…

— Мы уже все согласовали по 7С, — с недоумением сказал Чжан.

— Согласовали? Да… конечно… — я прошептал, чувствуя, как Лилит берет в рот глубже.

Ее губы плотно обхватили ствол, язычок закрутился вокруг по тонкой коже, а руки ласкали мои бедра и яйца. Она нашла ритм, который сводил меня с ума. То поглощала меня почти целиком, заставляя сдерживать маты, то отступала, дразня только кончиком язычка, облизывая головку, как мороженое.

Блять, где она этому научилась?

— Михэль, вы точно… — начал Петров.

— Я в порядке! — почти заорал, чувствуя, как волна наслаждения накатывает все сильнее.

Мои бедра сами начали предательски двигатьсянавстречу ее губам. Лилит заметила это и одна ее рука сжала основание члена, а ротик стал со скоростью насаживаться сверху. От этого двойного действия у меня потемнело в глазах.

— Кажется, нам… нужно… — я уже не мог этого выносить. Она делала что-то невероятное своим ртом, и я понял, что еще минута — и я кончу.

— Перенести? — предложила Ли.

— ДА! — выдохнул с облегчением. — Совещание окончено! Срочные… неотложные обстоятельства!

Я нажал кнопку отключения, не глядя, не прощаясь, и с силой откатился от стола.

Схватил Лилит за волосы — не чтобы сделать больно, а чтобы вытащить из-под стола. Ее губы были распухшими, блестящими от слюны и моей смазки, глаза горели. Ведьма!

— Ну что, довольна, извращенка? — мой голос хрипел от страсти и злости. — Добилась своего?

Я не стал ждать ответа.

Снова притянул ее за волосы и вошел в ее влажный, гостеприимный рот, начиная двигаться грубо, глубоко трахая.

Я стонал, глядя, как глаза девушки слезятся от напряжения, но в них читалось не отвращение, а какое-то исступленное, лихорадочное удовольствие. Она смотрела прямо мне в глаза, пока я насаживался на ее рот, и это довело меня до края.

Оргазм накатил сокрушительной волной.

Я зарычал, выпуская в ее горло струи спермы. Хотел сначала отстраниться, но Лилит вцепилась в мои бедра и не отпустила, заставив меня кончить ей прямо в горло.

Девушка проглотила все, до единой капли, а потом, когда я, обессиленный, откинулся, еще раз нежно облизала меня, ее язык вызвал новые мелкие судороги в моем теле.

Мы сидели в тишине, тяжело дыша. Тогда Лилит медленно поднялась, ее лицо было пунцовым, губы — ярко-красными и опухшими. Она провела тыльной стороной ладони по рту, смотря на меня выжидающе.