Книга Ноты соблазна, страница 118 – Аделина Жемчужева

Я остановилась у нижней ступеньки, глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки. Я должна быть сильной. Я должна сохранить то, что у меня есть, — твердила я себе, хотя сердце продолжало сжиматься от боли и противоречий.

Селин

Все начали поздравлять Армана с тридцатилетием и новосельем. За каждым тостом мы поднимали бокалы, сидя за длинным, красиво накрытым столом. Атмосфера была торжественной, но я едва чувствовала себя частью происходящего.

Арман сидел на краю стола, на главном месте. Его спина была выпрямлена, взгляд — сосредоточен. Он принимал поздравления с лёгкой, едва заметной улыбкой, как король, слушающий речи своих подданных. Но каждый раз, когда наши глаза встречались, я ощущала в его взгляде что-то большее — укор, вызов, воспоминание о нашей короткой, но насыщенной беседе наверху.

— Арман, а теперь твой тост! — громко предложил один из гостей, подняв бокал.

Он поднялся из-за стола с той самой грацией, которая всегда заставляла меня терять равновесие. Окинув всех взглядом, он улыбнулся, но в его глазах по-прежнему горела холодная уверенность.

— Спасибо всем, кто сегодня здесь, — начал он, поднимая бокал. — Я рад видеть вас в моём доме, в новом этапе моей жизни.

Его голос звучал тепло и уверенно, и мне стало больно оттого, насколько он был далёк от того Армана, который несколько минут назад говорил со мной наедине.

— Этот дом — это начало чего-то нового, — продолжал он. — И я надеюсь, что в будущем у меня будут причины разделить радость с вами ещё не раз.

Его взгляд неожиданно остановился на мне, и я почувствовала, как всё внутри напряглось. Он не смотрел на меня долго — лишь долю секунды, но этого хватило, чтобы сердце заколотилось.

— За новые начинания, — закончил он, поднимая бокал.

Гости поддержали тост, раздался звук звонких бокалов, и я поспешно сделала глоток вина, чтобы скрыть волнение.

После тоста музыка в зале заиграла громче, и гости начали подниматься со своих мест. Смех и разговоры постепенно перетекли в центр комнаты, где уже образовалась импровизированная танцплощадка. Пары одна за другой отправлялись в танец, подчиняясь ритму музыки.

Я осталась сидеть за столом, наблюдая, как веселье набирает обороты. Казалось, я словно отделилась от всех происходящих событий, как будто меня не было в этой комнате.

Вдруг я увидела, как Арман, покинув своё место, уверенно направился в толпу. Его присутствие мгновенно притягивало внимание: прямая осанка, лёгкая улыбка, плавные движения. Все словно невольнорасступались, пропуская его.

Остановившись рядом с Эммой — его секретарша в красном платье, — он наклонился к ней и произнёс что-то, что вызвало её смущённую, но довольную улыбку.

Затем он протянул ей руку.

Эмма кивнула и вложила свою руку в его. В следующий момент они уже двигались к центру зала, легко и грациозно, словно это был их общий бал.

Я почувствовала, как у меня в груди всё сжалось. Вина, ревность и растерянность нахлынули волной. Это было глупо, это было неправильно — он не мой, он никогда не будет моим. Но почему же я не могла отвести взгляд от того, как он держал её за талию, как его рука чуть касалась её спины, как они двигались в такт музыке, полностью игнорируя всех вокруг?

Я сделала вид, что меня это не волнует. Взяла бокал и сделала ещё один глоток вина. Его терпкость обожгла горло, но отвлекла ненадолго.