Книга Заложница дьявола, страница 142 – Аделина Жемчужева

Наконец он издал приглушённый стон, содрогнулся всем телом и обессиленно рухнул рядом.

— Чёрт, — выдохнул он, тяжело дыша. — Это было невероятно.

Я молчала, пытаясь справиться с бурей эмоций, которые никак не хотели утихнуть. Глубоко вдохнув, нахмурилась, чувствуя, как жгучая боль снова накатывает волной.

— Лилу? — позвал он, но я упорно отворачивалась. Не могла позволить ему увидеть меня такой сейчас.

Эмир не стал ждать. Одним движением он развернул меня лицом к себе, заставляя лечь бок о бок. Его синие глаза внимательно изучали моё лицо, в котором он, кажется, прочёл всё, что я пыталась скрыть.

— Малышка, — тихо сказал он, убирая прилипшие к моему лицу волосы. — Ты плачешь?

— Нет, всё хорошо, — соврала я, изо всех сил сдерживая слёзы.

— Я снова сделал тебе больно, да? — Его голос стал мягче, почти тёплым.

— А ты сам как думаешь? — прошептала я, еле сдерживаясь.

Он вздохнул, молча натянул одеяло, укрыв нас обоих, и обнял меня так крепко, что стало трудно дышать.

— Малышка, — пробормотал он, касаясь губами моей макушки, — я знаю, сейчас больно. Но… потом будет легче, обещаю.

— Тебе ведь всё равно, что я чувствую, — выдохнула я, чувствуя, как подступает отчаяние. — Ты просто наслаждаешься этим. Для тебя важнее чтобы мне было больно.

— Да, — неожиданно легко ответил он. — Я не стану отрицать. Но ты для меня важнее, Лилу. Ты — моё Солнышко.Мой ходячий секс.

— Прекрати! — вспыхнула я, ударив его ладонью по груди. — Ты бесишь меня!

Но он не отпустил. Напротив, притянул меня ещё ближе, словно боялся, что я исчезну.

— Бей меня, злись, — прошептал он с улыбкой, — но я всё равно не отпущу. Никогда.

«После близости с ним меня охватывает странное чувство, как будто я не понимаю, что произошло. Отвращение к себе, к тому, что я позволила ему так к себе обращаться. Он не умеет быть нежным, его прикосновения лишь оставляют в душе пустоту.»

Я сбросила с себя одежду и посмотрела в зеркало.

Собственное отражение меня напугало.

По всему телу расцветали синяки — глубокие, почти чёрные, с жёлтыми разводами по краям. На шее тёмные отметины, словно грубые руки до сих пор сжимали её, оставляя следы своей власти. Разбитая губа горела неприятным жаром, и даже лёгкое движение отзывалось болью.

Я сжала зубы.

Злилась. На него. На себя. На этот проклятый мир.

То, что он сделал со мной, нельзя было назвать нормальным. Ни один нормальный человек так не поступит. Он повторяет ошибки своего отца, и я вижу, что это лишь начало.

Завтра вечером должны приехать гости: мои сёстры, Аспер и Шарлин. Эмир решил устроить ужин без взрослых, и мне казалось, что он затеял это не просто так. Но я не хотела видеть никого. Не хотела, чтобы они смотрели на меня в таком виде — сломанную, униженную, в синяках и с пустым взглядом.

Снаружи всё выглядело прилично. Внутри — меня разрывало на части.

А он…

Эмир наслаждался этим.

Его возбуждали мои синяки.

Он был болен.

Он был чудовищем.

Я провела день, пытаясь прийти в себя. Горячая ванна, парная, масла, травяные примочки — ничего не помогало. Боль не уходила. В голове застряли воспоминания о его руках, его взгляде, его холодном удовольствии от того, что он делал со мной.

Во дворце царила суета. Наложницы сновали туда-сюда, готовясь к завтрашнему вечеру. Для них это был всего лишь ужин. Для меня — новый круг ада.