Книга Заложница дьявола, страница 100 – Аделина Жемчужева

Эмир продолжал смотреть на меня, его улыбка стала ещё шире, наполненная самодовольством. Его рука, уверенная и грубая, сжала мою грудь сильнее, будто он хотел доказать мне что-то.

— Ты лжёшь, Лилу, — произнёс он спокойно, наклонившись ближе, чтобы я почувствовала его горячее дыхание. — Если бы тебе было так тошно, твои соски не стояли бы так гордо.

— Это реакция тела, а не души, — отрезала я,глядя ему в глаза. — Ничего общего с тем, что я чувствую.

На мгновение он замер, словно удивившись моему ответу, но тут же вновь усмехнулся, медленно проводя пальцами по моему телу.

— Как же ты любишь спорить, — тихо произнёс он. — Но, знаешь, это неважно. Твоя душа, твои мысли… мне плевать. Тело — вот что имеет значение.

— Тело ты можешь и заполучить, — я склонилась к его уху и прошептала, — но не душу, которая принадлежит другому мужчине. Да, да, тому самому. Ты был прав. Он мне нравится.

Я отстранилась, улыбаясь с вызовом, и посмотрела ему в глаза, ожидая его реакции. Рука Эмира мгновенно сжала моё бедро с такой силой, что я почувствовала резкую боль. Его взгляд пылал яростью, словно мои слова разожгли в нём что-то тёмное и неконтролируемое.

— Пусти! — закричала я, чувствуя, как боль становится невыносимой. — Боже, мне больно!

Но он не отпускал. Его пальцы впивались в мою кожу всё сильнее, будто он хотел оставить на мне следы своей ярости.

— А-а-а! — крикнула я, пытаясь вырваться. Я царапала его руку, надеясь заставить его остановиться, но он будто не замечал моих попыток. Боль была такой сильной, что мне казалось, кожа вот-вот разорвётся.

— Эмир! — кричала я во весь голос, — Мне больно! Прекрати!

Он не двигался, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась смесь ненависти и удовольствия от моего страдания. Это было пугающе.

— Прости! — выкрикнула я, больше не выдерживая, — Я пошутила! Это не правда!

Только тогда он отпустил меня. Я резко выдохнула, схватившись за бедро, которое теперь ныло от боли. По коже проступили глубокие красные следы от его пальцев, а в некоторых местах начала выступать кровь.

Я начала рыдать, закрывая лицо руками. Всё, что я могла чувствовать в тот момент, — это унижение, страх и боль.

— Держи свой язык за зубами, — его голос прозвучал холодно и отрывисто. Он наклонился ближе и грубо убрал мои руки от лица, заставив посмотреть на него. — Это всё последствия твоего языка, Лилу. Учись молчать. Если ещё раз меня спровоцируешь, последствия будут куда хуже.

Я опустила взгляд на своё бедро. На коже расплывалось огромное тёмное пятно — синяк, с прожилками крови, размазанной вокруг. Я осторожно приложила руку к этому месту, но тут же отдёрнула её, потому что боль была резкой, будто кто-тораскалённым ножом провёл по моей коже.

— Нравится? — услышала я его тихий голос. Он склонился ближе, разглядывая след своей ярости, словно оценивая результат. — Я не хотел этого, детка. Ты сама заставила меня.

Слёзы текли по моим щекам, я пыталась их сдержать, но каждый новый поток эмоций поднимался изнутри, как волна.

— Т-с-с, детка, — прошептал он, поднимая руку и аккуратно вытирая слёзы с моего лица пальцами. Его прикосновения казались почти нежными, но от этого мне становилось только хуже. — Не плачь, это всего лишь синяк. Зато теперь ты будешь помнить, каково это — провоцировать меня.