Книга Серебряная стрела для оборотня, страница 92 – Мария Ерова

Он не договорил, разжав руку, освобождая Зоси, на глазах которой уже проступили первые слёзы. Медленно поднялся, брезгливо отряхаясь и поправляя одежду и направляясь к выходу.

— И не вздумай жаловаться отцу! Он всё равно тебе не поверит. Да и кому хочется иметь в роду дочь-потаскуху?! Лучше уж верная и честная смерть, чем такое…

И явно довольный собой, он покинул Зоси, что зажимала рот себе ладонью, чтобы не расплакаться при нём. Но как только Латер вышел, рыдания сотрясли её тело, и, обхватив живот руками, Зоси умоляла богов прямо сейчас лишить её жизни. Но боги, как и всегда, в ответ были глухи и немы.

Обряд назначено было провести к концу недели, но свадьбу Палак решил отметить скромно, вернее, вовсе не делать, жалея Зоси — та за последние дни и так сникла, схуднув с лица, побледнев, подурнев, словно сама жизнь уходила из неё с каждым новым днём. В потухших глазах не сверкало ни одной задорной искорки, только тёмные круги да опухшие от бесконечных слёз веки — она так и умоляла не отдавать её замуж за Латера, но, как бы не сжималось в болезненный комок отцовское сердце Палака, он был уверен — так для неё будет лучше.

В конце концов та оступилась, замолчав совсем, и больше ни слова не услышал от неё отец. Вот и сегодня, когда в дом пришли женщины, что должны были помочь Зоси собраться и привести себя в порядок, она и словом не обмолвилась, выполняя всё, что они ей говорили — так встать, эдак повернуться, поднять голову, закрыть глаза. И как бы не пытались расшевелить её шутливыми фразами, без которых не обходились ни одни венчальные сборы, Зоси не ответила ни на одну из них, понуро, безразлично относясь ко всему, что её окружало.

И те, словно заразившись её состоянием, тоже умолкли, в тишине доделывая свою работу. А когда всё было готово, попрощавшись скромно, ушли, так и не дождавшись в ответ ни слова.

Латер прибыл за невестой наряженный в свою лучшую тунику, подпоясанную дорогим кожаным ремнём и при Палаке и остальных вёл себя как молодой влюблённый жених, что ужасно волнуется перед свадебным обрядом, но Зоси то и дело наблюдала в его глазах злую насмешку. Он взял Зоси за руку и повёл точно овцу на закланье к священному алтарю, что располагался в храме на другом конце селения. Девушка шла, едва переставляя ноги, понимая, что это последний день её жизни в доме отца, и едва они произнесут клятвы, она целиком и полностью будет принадлежать Латеру. Его злобные обещания не выходили у неё из головы, но вспомнив о них сейчас, её покачнуло. Лучше смерть, чем такое. Осмотревшись по сторонам в поисках чего-то острого или иного, что можно будет использовать в своём последнем желании отречения от жизни, Зоси поняла, что у неё ни единого шанса. Она проиграла Латеру, что, не замечая душевных и физических страданий девушки, продолжал упорно тащить её к алтарю. Отец и жрец шли впереди, не замечая ничего или не желая ничего замечать. Всем нетерпелось поскорее закончить с обрядом, и только Зоси тянула время как могла.

И вот они оказались на месте. Зоси выдернула вою ладонь из потной руки Латера. Было уже довольно тепло, даже жарко — верхней одежды на молодых не было, только праздничные ритуальные накидки на туники, и лёгкая обувь из тонкой замши. Но Зоси бросало в жар, сердце колотило в висках, словно пыталось вырваться наружу, и стало так страшно, что затошнило.