Книга По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1, страница 112 – Ольга Камышинская

История с убитым черным магом и сбежавшим портальщиком не давала старшему инквизитору покоя. Было в ней что-то странное, непонятное, а Гарольд привык разбирать всякое преступление по косточкам, докапываться до самой сути.

И едва рассвело, старший инквизитор отправился со своим отрядом в лес на поиски тела, надеясь, что его не успели растерзать дикие звери.

Они торчали в лесу уже два с лишним часа.

– Нашли! Нашли! – радостно донеслось из глубины леса от помощника старшего инквизитора, словно это было не тело черного мага, а клад с золотом.

– Ну и слава Богам, а то достало уже мошкару кормить. – проворчал Гарольд и громко крикнул: – Тащите к повозке!

И, ломая норовившие хлестануть по лицу ветки, направился напролом к дороге, где отряд дожидались лошади и повозка.

Минут десять спустя четверо темных магов, держа за углы растянутый плащ, вынесли тело из леса.

– Отлично, – уже в седле отдавал команды Гарольд, – в мертвецкую его, на ледник. И трупореза сразу вызовите, мне нужен полный отчет. И как можно быстрее.

Он дернул поводья, и молодой нетерпеливый жеребчик сорвался в галоп. Двое инквизиторов, едва уложив тело в повозку и накрыв его, сели верхом и последовали за Гарольдом.

Оставшиеся двое примостились по обеим сторонам повозки, и она неспешно тронулась следом, поскрипывая колесами.

***

Ранним утром Грея разбудило надрывное петушиное пение.

Грей решил так просто не сдаваться, повернулся на другой бок и накрылся одеялом с головой. Не помогло. Добавил сверху подушку. Без толку. Петуху явно доставляло удовольствие его занятие, и он вкладывал в него душу.

– Да хорты побери! С радостью угостился бы бульончиком из тебя. —выругался Грей после безуспешных попыток снова заснуть. – Узнаю чей, найду и башку оторву. – решил парень, подходя к окну и распахивая створки настежь.

В столице, где вырос отпрыск древнего магического рода, раннее утро проходило обычно в тишине, за плотно задернутыми занавесями окон. Здесь же глазу открывалась истинно дивная картинапробуждавшегося леса.

Солнце медленно всплывало золотым диском, окрашивания острые макушки деревьев в розово-оранжевый цвет. В прозрачном воздухе пахло рыхлой влажной землей и ночной фиалкой.

На листьях куста, буйно раскинувшегося прямо под окном, прозрачными бугорками мурашек выступила роса. Из его густых веток выпорхнули и взвились наперегонки в небо две крохотные птички, за ними взметнулась и мгновенно окатила Грея сотней тонких острых иголочек растревоженная прохлада.

Он рассмеялся, вытирая капельки с лица. В отличие от городского у утра в ковене были голос, яркие краски, аромат и даже особенная умывальня.

– Что так рано проснулся? – Сали стояла в дверях, натянуто улыбаясь.

– Будильник ваш разбудил.

– Ты про Райниного петуха? – она прошла через гостиную, где ночевал Грей, на кухню и там загромыхала посудой. – Мы давно к нему привыкли, внимание не обращаем. Он у нее такой… звонкий и злой.

– Злой?

– Клюется, как заправский бойцовский петух, если ему кто не нравится. Как ты себя чувствуешь?

– Я в порядке. Рука не болит. Ты как?

– А что я? – насторожилась Сали.

– Ты вчера была чем-то расстроена.

– Тебе показалось. Завтракать будешь?..

***

Самой старой ведьмой в ковене Семи Лун считалась Райна.

Та самая, чью ягодную настойку уважали не только местные знатоки и ценители хмельных напитков, но даже столичные инквизиторы.