Книга По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 2, страница 161 – Ольга Камышинская

Вивьен сделала глоток, прислушиваясь к негромкому разговору в соседней комнатке.

– В меня больше не лезет, господин целитель… Сжальтесь.

Голос у Софи был нежным и приятным, не таким, как за Гранью, более живым, теплым.

– Да тут совсем чуть-чуть осталось… – настаивал Пармус. –Глоточек. Вы столько сил потеряли, надо восстанавливаться, голубушка моя. А то дело на поправку не пойдет.

Вивьен улыбнулась.

Ну хоть что-то у нее получилось.

Остаток дня прошел спокойно.

Но магистр Пармус настоял, чтобы она ушла к себе и отдохнула, обещал посидеть с Софи, пока та окончательно не придет в себя.

Вивьен не стала возражать.

Она запоздало вспомнила о предупреждениях айка и просьбах отца не ходить за Грань, но было уже поздно, да и никаких изменений в себе она не чувствовала. Тихонько надеялась, что обойдется и в этот раз.

Но ночью случился очередной скачок магии невероятной силы, каких до этого не было ни разу.

Магия забурлила, расцвечивая кожу огненными рисунками и чернотой, а тьма застилала глаза и требовала крови. Много крови.

Вивьен распахнула окно своей спальни, чтобы впустить свежий воздух, вцепилась до хруста костяшек в подоконник, пытаясь совладать с собой.

Сопротивляться становилось тяжелее с каждой минутой. Наследие давно забытого бога Арезеса проснулось и требовало действия, схватки, жертв.

Черные крылья заклубились, налились за спиной мощью и приятной тяжестью. Ощущать их снова распахнутыми, как много лет назад, когда она стояла на крыше дома айка Яфа Нагуру в предвкушении схватки, было волнительно и остро.

Рядом не было ни отца, ни Шая. Ни Сандэра, ни лорда Кристиана. Никого, кто бы смог ее удержать от последнего шага в бездну.

И Вивьен сдалась.

В ночное небо Урсулана взметнулась жуткая черная тень.

***

Той же ночью

Сарен-Арк

Пьяный Девис не спал.

Намотав на правую руку длинную белую косу, он ритмично вдалбливался сзади в бедра пышнотелой красотки, которая стояла перед ним на четвереньках, держась за деревянное изголовье ходившей ходуном кровати, и старательно постанывала.

Судя по боевому запалу Девиса, скачка обещала затянуться до самого утра.

В последние дни он так убивался по безвозвратно сгинувшей в пламени пожаре Софи Чаруш, полакомиться которой ему так и не довелось, что, кажется, в городе почти не осталось ни одной худо-бедно сговорчивой беловолосой красотки, которую бы он не затащил в свою спальню.

Остальные прятались по домам или их тщательно охраняли отцы, братья, мужья и прочие ближайшие родственники, связываться с которыми было накладно.

Телесные страданияДевиса доставляли огромные неприятности и хлопоты всему Сарен-Арку.

Его отец, Бурт Ярый, главный инквизитор города, всё знал, но не считал нужным вмешиваться в дела сына: пусть парень перебродит и успокоится. Так всем будет лучше.

Душевные муки, как и муки совести, Девису были чужды, хотя он и немного сожалел, что погорячился.

Дура она, истинно, дура!

Могла бы иметь всё, что пожелает, а вышло вон как… Ведь только припугнуть хотел, сказать: вот, мол, выбирай, либо они тебя, либо только моя! А она ерепениться вздумала, глупая кошка, вот и сама виновата. Доигралась с огнем! А могла бы сладко есть да мягко спать, если бы была покладистее.

Да! Еще! Еще!..

Девис остервенело молотил, ускоряя темп. Девица ему вторила.

Неожиданно окно за его спиной распахнулось настежь, свалив на пол глиняный кувшин, стоявший на подоконнике. Стукнувшись об пол, он развалился на куски, залив пол жидкостью темно-красного цвета.

В комнате сразу кисло завоняло брагой.

Не собираясь замедляться или останавливаться, Девис оглянулся на окно через голое плечо.

И глаза его расширились от ужаса. В открытый оконный проем медленными завитками вваливалась, как пар от кипящего котла, клубящаяся чернота.

Девис хотел закричать, вскочить, но рот его не смог издать ни единого звука, кроме хрипа, а тело онемело.

Девица, почуяв неладное, тоже обернулась, прыгнула на ноги и завизжала, вжимаясь спиной в холодную стену.

Невидимая сила скрутила и протащила, пытавшегося цепляться за всё на своем пути, голого Девиса животом по кровати, сдернула на липкий, скользкий пол и утянула в окно, словно добычу в распахнутую пасть огромного зверя.

Голос у инквизитора прорезался уже снаружи, и его дикие вопли раздавались откуда-то сверху, постепенно удаляясь.

Впечатленная увиденным, девица так и осталась стоять в изголовье кровати, трясясь от страха, закрывая обеими руками рот, и, не отрываясь, смотрела на окно.

Когда в комнату ворвался разбуженный криками, полуодетый и взлохмаченный Бурт с мечом в руках, за спиной которого маячили трое или четверо рослых молодых парней-магов из охраны, девица окончательно разрыдалась, ткнула указательным пальцем в сторону окна и рухнула в обморок.

(продолжение следует…)

Январь 2025 – декабрь 2025