Книга Попаданка со скальпелем, страница 51 – Екатерина Белова

Жадный вдох скользнул прохладой вдоль горла до подключичной ямки. Сердце испуганно подскочило. Тело пробрало горячей дрожью, считываемой, как средняя арифметическая между влечением и инфарктом.

Дан походил на умалишенного. Взгляд окончательно потерял осмысленность.

- Ещё тогда заметил…. - его шепот прокатился колючим жаром по коже, словно умоляя упасть в одну постель и отключить голову. - Ее. Она совсем слабая и умеет прятаться, но я увидел. Я очень внимательный, цветочек. Говори добром, с кем ты ее добыла? Ну?!

Дан встряхнул меня, как тряпичную куклу, и ту же прижал к себе, заглаживая грубость. Мне показалось, я ощутила влажный поцелуй на щеке.

Я начинала злиться. Оказалось, что я не люблю сразу очень много вещей: когда меня хватают лапами и фиксируют, когда предъявляют, а потом не дают вставить ни слова. Когда под юбки лезут. Когда вертят, как вздумается, словно у меня нет ни разума, ни воли.

К тому же добывают руду, а я работала на шахтовой сортировке.

- Что добыла? - и какую-такую ее.

Во взгляде Дана, наконец, появилась осмысленность.

- Прекрати, Диш, не играй со мной, - Он хмуро, исподлобья взглянул на меня, на скулах обозначились желваки. - С кем ты разбудила драконицу?

В его голосе, наконец, прорвался рык, от которого темнело в глазах и мелко-мелко дрожало в груди.

От его слов сердце болезненно сжалось. Если бы у меня была драконица, меня бы не судили настолько строго, но ее не было. Точно-точно не было. На суде это проверяли три раза. Один раз, потому что так было положено, и ещё дважды по настоянию моего отца. Кажется, он пытался подкупить одного из магов, но ему не удалось.

Существовало всего два способа разбудить драконицу. Секс и смерть. Именно поэтому драконы так мягко относились к добрачным связям: каждый торопился пробудить первородную ипостась и поднять свой ценз на арене древних родов.

Эдит было почти двадцать пять, когда она обменялась помолвочными клятвами с кланом Аргаццо, и драконицы у нее не было. Этот факт рефреном сопровождал всю мою жизнь с Даном и в конечном счете стал одной из причин нашей близости. Но и тогда мне не удалось пробудить драконицу.

Ещё история знала примеры, когда драконы пробуждали через смерть, но я-то не умирала.

Любовника после Данте у меня не было, и драконицы тоже - не было.

Дан не должен был говорить мне этих слов.

- Ну какая драконица, Ваша Светлость, - сказала прохладно, тщательно контролируя подрагивающий от гнева голос. - Я все думала собаку завести, как вы советовали.

- Хватит! - стальные пальцы легли на бедра, сжались - некрепко, - Я прекрасно ее чувствую!

Дан не шутил.

В груди все же болезненно дрогнуло на миг, но я силой воли заблокировала чувства.

- У меня нет драконицы, Ваша Светлость, - ответила ещё холоднее.

Мне уже не хотелось быть вежливой. Дан действительно не должен был говорить этих слов.

Темный взгляд дотошно ощупал мое лицо, считывая эмоции. Губы дрогнули, а после сжались, словно удерживая от грубости.

- Я похож на шутника, Эдит? - процедил Дан, чеканя и наделяя дополнительным весом каждое сказанное слово.

Вот уж на кого Дан походил меньше всего, так это на шутника. Последняя шутка с его участием стоила одному дракониру руки и невесты.

Я устало потерла виски. Напомнила себе про кодекс и терпение.