Книга Попаданка со скальпелем, страница 38 – Екатерина Белова

Дан, словно не чувствовал ее. Скачком оттолкнулся от статуи, что-то шепнул мечу, и тот ослепил залу невыносимо-белым светом.

От вспышекфехтующего меча отказывало зрение, взгляд не успевал за движениями. Чернота перед глазами покрылась сетью белых ран, распадаясь рваными лоскутами и оседая на пол. Но стоило помедлить хоть секунду, она срасталась вновь.

После некоторых наблюдений я сумела заметить, что при касании статуи, острые пики черноты расплющиваются о бронзу. Наверное, именно это было причиной, почему перевертыш пытался меня задушить, а не проткнуть, и почему здесь до меня им было не добраться.

Уже скоро в глазах у меня рябило от черноты, белых молний меча, огня, жгущего пространство. Но я услышала, когда все кончилось.

Просто в одну секунду бой стих. Осталось только шипение пепла, ещё двигающегося на полу, подобно живому существу. И скоро слух поймал тяжелые шаги по каменному полу, ступающие то громко, попадая на голый камень, то мягко… Что там такое мягкое было под ногами я боялась представлять.

Переборов дрожь, осторожно подобралась к краю статуи. Сквозь клубы пепла можно было различить пол, усеянный клоками мертвой черноты и сгоревшими сгустками плоти. Обморочные нерды практически без сознания забились в дальний угол, а большинство из них и вовсе были без сознания.

А после из дыма к статуе шагнул высокий драконир, в котором я узнала знакомого брюнета, любезно державшего меня на операции по лишению магии. Напарник рыжего гаденыша.

- Не бойтесь, вейрочка, прыгайте! - он криво улыбнулся. - Я вас поймаю.

Выглядел он не очень, и хотя ни одна из ран не выглядела фатальной, прыгать на него мне не хотелось. Пришибу. Жалко дракона. На мой вкус он был наименее отвратительным среди остальных.

Пепел немного осел и разошелся, и скоро взгляд, как намагниченный, нашел Дана в центре залы, насадившего на меч черную пакость. Оказалось, именно она издает шипение, дергаясь и тая от огненного меча.

Рядом с ним остановился Верши.

На голос черноволосого дракона оба вздрогнули, обернулись, и Верши, бросив что-то Дану, зашагал ко мне.

- Прыгай, - скомандовал он, протянув руку.

Я зачем-то снова взглянула на Дана и едва не полезла на статую обратно, столько ярости и тяжелых, непонятных мне чувств было в его ответном взгляде.

Глотнув горячего воздуха, сосредоточилась на Верши, а после без раздумий спрыгнула. Его мне жалко не было, и если одним Аргаццо станет меньше, мне только приятно будет.

Верши покачнулся, удерживая меня от падения, и я, мгновенно отстранившись, царственно подала руку темноволосому дракону.

- Благодарю, - сказала любезно, хотя примерно представляла, как выгляжу.

Грязная, в крови, в синяках, в порванном платье. К чести драконира, он не отшатнулся, за что я накинула парню с десяток баллов за благородство. Мне все равно, а драконы, как я теперь понимала, вечно вели невидимый счет друг перед другом. У кого больше побед, кто завоевал больше трепетных женских сердец, кто выиграл в поединке и прочая незначительная для адекватного разума дребедень.

Брюнет бросил насмешливый взгляд на якобы отвергнутого Верши и снова криво улыбнулся. Теперь я отчетливо видела причину его странной реакции. Угол губ пересекала тонкая ранка, от которой фонило могильной тьмой.