Книга Три орешка для Тыковки, страница 15 – Светлана Нарватова

— Не благодарите.

Надеюсь, за его поимку мне что-то перепадёт. А если не перепадёт, так хотя бы высыпаться буду.

— Мне действительно ночью плохо было? — не поверило тело.

— Как вам сказать? Думаю, если бы вам было хорошо, вы бы это помнили.

Я стала спускаться с полатей, когда вспомнила об очень неприятном последствии ночных бдений: гримуар остался лежать под подушкой. А это значит, в любой момент может быть обнаружен.

— Но мне действительно гораздо лучше, чем вчера.

— Я старалась.

— А кто вам готовит настои, сударыня Майя?

— Я нам готовлю. Других травников в округе нет.

— А как же ваш муж?

— Объясняла ж уже: нет его, — и сразу, по избежание двусмысленности, добавила: — Больше нет. Вещи эти и дом принадлежали прежнему травнику, теперь — мне. По договору с городом. Ещё вопросы есть?

— А как звали вашего мужа?

Вопрос был неожиданным. Никто раньше не интересовался именем моегонесуществующего мужа. Дед Матей — потому что сразу раскусил, а остальным не было до него никакого дела.

— Анджеем звали.

— А я — Яниш.

— Ну это совсем другое дело! — Надеюсь, у него достаточно мозгов, чтобы заметить сарказм.

Похоже, заметил. Потому что какое-то время на полатях было тихо. Я прислушивалась к каждому шороху. Там лежит моё главное сокровище! Как я могла быть такой неосторожной⁈

— Сударыня Майя, — заговорил найдёныш Яниш. — Не нужно про меня страже рассказывать.

Вот и добрались до главного.

— А чего же так, кавалер Яниш? Совесть нечиста?

— Совесть моя перед законом чиста, как первый снег на горном озере, — возразил разбойник. — Дело в другом. Понимаете, мне очень неловко в этом признаваться…

— А вы смелее, смелее… Я как раз пока толокно вам запарю. А то не успею, вы опять голодным останетесь до самого прихода стражников, — намекнула я.

— Я, сударыня Майя, сын купца. Из столицы. Ехал с товаром, да решил заглянуть к знакомой вдовушке к вам сюда. А когда обратно отправился, попал на разбойников. Они обобрали, избили и бросили умирать. Как представлю, что батюшка со мною сделает, когда узнает про мои неприятности, так лучше обратно к разбойникам! — поплакался найдёныш. — Он за недельку-другую немного отойдёт, и вместо гнева за потерянный товар будет счастлив, что я вообще жив.

Скорее всего, Яниш врал. Я повидала в столице немало купеческих сынков. Но такая гора мышц скорее подошла бы их охранникам. И шрамы выдавали, что «неприятности» у Яниша, если его действительно так звали, были далеко не первыми.

— Так давайте же скорее адресок вашей вдовушки. Я загляну к ней, обрадую, — оживилась я. — Вам гораздо удобнее у неё будет. Веселее. Да и мне выгоднее. Она-то у меня настоечки покупать будет. А я-то пока даром всё на вас расходую.

Назвался сыном купца — расчехляй кошель. Ну и, главное, не хотелось мне, чтобы он здесь оставался. Одно дело, пока тело на судно без помощи сходить не может, и другое — когда на ноги свои переломанные встанет. Тут и придушегубит — недорого возьмёт.

— Я всё оплачу, честное слово! А адрес не могу дать. Женская репутация, сударыня Майя, превыше всего!

Специально заглянула: глаза зелёные в щёлочках искренние-искренние! Эх, жаль, такая возможность мимо. Кстати, отёк с лица за два дня приличноспал, но пока смотреть без слёз на этот ужас было невозможно.