Книга Во главе конца, страница 125 – Лия Арден

Микель за несколько шагов оказался рядом, схватил меня за руку, вынуждая смотреть ему в глаза.

– Не ты во главе конца, Кассия, но ты поспособствовала нашей гибели, закрыв проходы. Ты перекрыла путь к спасению, потому что за десять лет мы могли переселить всех даориев либо в мир людей, либо в Палагеду.

Я лишилась дара речи, растерянно открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Часто задышала, стараясь разобраться с услышанным. Микель говорил жуткие вещи, но при этом нервно улыбался, и это совсем сбивало с толку.

– Хотел поговорить с тобой, рассказать о проблеме и попросить о помощи. Всей Даории нужна ваша помощь, – сказал он, обводя взглядом стоящих за моей спиной. – Я знаю, сколько у нас конфликтов и разногласий. Знаю, как много боли мы причинили друг другу, но речь о целом народе. Простые даории здесь ни при чём, они не сделали вам ничего плохо. Подумай, сколько там детей, Кассия.

Я забрала свою ладонь из его пальцев, не в силах контролировать дрожь.

– Почему тогда вы охотились за Кассией? – обвинила Веста, вставая рядом со мной.

– Мы не знали правды, а цари полагались на видения сивилл, которые из-за увиденного решили, что причина всей гибели одна она. – Микель ткнул в меня пальцем. – Но в действительности причины нашей гибели две. Взорвавшаяся Кассиопея и Кассия, закрывшая наши проходы. Скорее всего, сивилл сбили с толку схожесть их имён и мойры. Они почти не участвовали в политических делах многие годы, но не прекращали видеться с сивиллами.

– Значит, всё это была ложь? – едва шевеля губами, ответила я.

На лице брата отразилось сожаление.

– Это не было ложью, – раздался знакомый голос Атропос. Она неуверенно ступила на Переправу через по-прежнему открытый проход. Следом за ней прошла Клото, с интересом озираясь по сторонам.

Мы все напряглись, но Гипнос не стал их выгонять. Мойр всего две, и им не победить, находясь на землях Гипноса. Вряд ли они пришли, чтобы нападать.

– Твои поступки определённым образом повлияли на конец Даории. Ты сделала именно то, что предрекали сивиллы. Отрезала нам путь к спасению, – тем же спокойным тоном закончила Атропос.

Гнев ударил в голову, и я бросилась на мойру, готовая удавить богиню голыми руками. Мне удалось сделать два шага, как Микель перехватил меня, не позволяя приблизиться к мойрам. Веста схватила мои ладони, не дав использовать иллюзию пистолета.

– Это ваша вина! – рявкнула я, дёргаясь в чужих руках. – Вас прикончит звезда, и, насколько всем известно, именно вы, мойры, привели даориев в тот мир! Вы его выбрали! Раз уж на то пошло, то именно вы привели своих подданных в заведомо гибнущий мир, но всё это время пытались повесить вину на меня!

Мой гневный крик оборвался, когда Микелю пришлось сильнее сжать мою талию, чтобы удержать на месте. На мгновение он даже оторвал меня от земли. Лёгкие сдавило от его захвата, и я захлебнулась последующими проклятиями.

– Мои друзья погибли из-за того, что вы не хотели сразу признать ошибку! Сколько палагейцев и даориев погибло из-за этого! – рявкнула я, когда мне удалось набрать в лёгкие воздуха.

Я заехала Микелю локтем в живот, он закряхтел, но лишь немного ослабил хватку. Остальные не вмешивались, вероятно, поддерживая брата в желании меня остановить. Силы начали покидать, и Микель поставил меня на землю, но рук не убрал, не веря, что я не попытаюсь броситься на богинь.