Книга Во главе обмана, страница 182 – Лия Арден

Её маленькаядаорийская подруга украла её брата, вероятнее всего, напала на Иво и, похоже, не раз использовала саму Пандею ради каких-то неясных целей. Дее нестерпимо требовались ответы. Непонимание буквально рвало на части её сознание. Она слышала о манипуляторах и психопатах, но не могла поверить, что один из них сидел на этом самом диване и мило болтал с Мениском. Пандея поручилась за неё перед Каем, Иво и Кассией. Они поверили ей… и теперь кто знает, что она сделала с Иво.

– Дамали было почти шесть, когда я родился. – Пандея стряхнула груз пугающих мыслей и сосредоточилась на словах Келестина. – С возрастом её поставили за мной присматривать. Помимо меня она была единственным ребёнком среди полемархов. Сперва мы не ладили. Дамали считала меня обузой, но затем отец дал ей статус моего телохранителя официально. Со временем он начал общаться с ней всё больше. Иногда мне казалось, что даже больше, чем со мной. По ней, наверное, не скажешь, но Дамали идеальный боец: послушная и умелая. Никогда не задавала отцу лишних вопросов, без единого сомнения выполняла все требования. С каждым годом пыталась прыгнуть выше головы, лишь бы ему угодить, и Мелай это заметил. Я на её фоне… нескладный, недостаточно резкий и лишённый желанных отцу черт.

Никто не возразил. Келестин действительно не выглядел пугающим. Высокий, но худой, на юном лице отражались все эмоции, взгляд с открытой заинтересованностью рассматривал каждую деталь разгромленной квартиры, пока обеими руками он держал переданный ему кем-то стакан с соком.

– То есть меня готовили стать царём. Политология, риторика, философия, воинское искусство, тактика. Я прекрасно говорю на всех трёх языках, включая палагейский. – Келестин тараторил так быстро, что Пандея не сразу заметила, как он переключился с даорийского на палагейский, а затем и вовсе на язык людей. Акцента у него действительно не было.

Келестин умолк под тяжёлым взглядом Кассии и Микеля – даже второй уже не выглядел дружелюбным после напоминания, что перед ним сидит другой претендент на его место царя.

– Т-то есть… я просто хотел сказать. – Келестин откашлялся и шумно отхлебнул сок. – Мне неинтересен трон. Я не хочу быть царём, правление не для меня. Я не люблю жестокость и не гожусь в правители, да и, собрав слухи о вас… мне кажется, вы привели Палагеду и Даорию к долгожданномуперемирию. – Келестин перевёл внимание с Кассии на Микеля. – Я желаю Клану Металлов всего наилучшего, но не уверен, что моё появление всё не испортит.

– Келестин, – с пугающей лаской позвал Кай, – не отходи от темы. Какой план у полемархов Гемеры?

– Изначальный план: после моего совершеннолетия вернуть меня ко двору и представить ещё одним официальным наследником.

– А Дамали?

– Её отец собирался оставить при мне в качестве телохранителя без раскрытия её истинной личности. Называть её принцессой он не желал, но и оставить на свободе не мог.

– Почему он не хотел официально признать её дочерью? – спросила Кассия. – У нашего отца явно какой-то пунктик насчёт дочерей.

– Она появилась на свет обманом.

Пандея постаралась припомнить, говорила ли Дамали что-то о своих родителях, но поняла, что та часто уходила от этой темы, ограничиваясь общими фразами.

– Что это значит? – не понял Микель.