Книга Тени с бульвара Ирисов, страница 17 – Лия Виата

Мишель посмотрела на него с недоверием, но потом с аппетитом съела почти три больших куска и заставила Итана помочь ей подготовиться к балу. В ход пошла косметика и туфли Лоры – Итан искренне взмолился, чтобы потом подруга его за это не убила.

Мишель неловко покрутилась перед зеркалом в слишком больших для неё туфлях, а потом кивнула самой себе.

– Я готова. Где мой принц? – спросила она.

– А я разве не принц? – с удивлением уточнил Итан.

– Нет. Ты мой зоопарк, – уверенно ответила малышка.

– А может, я заколдованный принц? – попытался превратить себя обратно в человека Итан.

– Заколдовывают в лягушек, а не в птичек, – упёрлась Мишель. – У нас что? Принца нет?

Её глаза начали наполняться слезами. Итан судорожно попытался найти выход из ситуации, но ничего в голову не пришло. Спасла его вновь хлопнувшая входная дверь.

Домой вернулся взъерошенный и небритый Саймон. Присутствию Итана он ничуть не удивился. Зато дом осмотрел так, будто впервые с момента покупки увидел его чистым.

– Папочка, ты мой принц? – удивлённо спросила Мишель.

Саймон несколько раз недоумённо моргнул, поймал взгляд Итана, красноречиво говорящий «Подыграй ей», а потом кивнул. Радостная Мишель забралась к отцу на руки. Бедному Саймону пришлось несколько раз покружиться, а потом Итан сказал:

– И жили они долго и счастливо. Конец.

– Круто! Дядя Итан, а давай в следующий раз в Русалочку поиграем? – радостно сияя, попросила Мишель.

– Конечно, – устало произнёс Итан.

Саймон опустил дочь на ноги, наказав вернуть мамины вещи на место. Мишель кивнула и убежала.

– Она тебя совсем вымотала, да? – спросил он.

– Я добровольно подписался на эту каторгу, – со смешком ответил Итан. – Как твоё самочувствие?

– Как у живого мертвеца, – отозвался Саймон.

Они сели на диван и замолчали. Итан совсем не знал, что стоит говорить человеку, недавно потерявшего любимого отца. Даже аналогичная смерть его не шибко любимого родственника ощутилась тяжким грузом. Эдмунд Хейзел был плохим человеком, а отцом и того хуже, но Итан всё равно уронил по нему после его смерти пару слезинок. Сейчас, впрочем, он никому и ни за что в этом не признается. С Нестором же дела обстояли ещё хуже. Он почти всю жизнь положил на то, чтобы поправить плохое здоровье Саймона. Они оба любили друг друга по-семейному тепло и искренне.

Итан взглянул на часы. Время уже приближалось к трём. Скоро надо будет кормить Лив. Он встал с дивана, но сказать ничего не успел. Его прервал дверной звонок. Саймон подошёл к двери и открыл её. На крыльце застыла женщина лет пятидесяти в классическом чёрном костюме.

– Вы к кому? – с недоумением спросил Саймон.

– К тебе, – тихо выдохнула женщина.

Саймон недоумённо нахмурился.

– Простите, но я никак не могу вас припомнить. Вы кто? – уточнил он.

Женщина скривилась, будто он только что её ударил, а потом откашлялась и поправила свои короткие каштановые волосы.

– Меня зовут Зоя Смит, – произнесла она. – Я твоя мама.

Между растерянным Саймоном и его смущённой матерью, которую он не видел с самого глубокого детства, повисла тяжёлая пауза. Итан словно в немом кино очутился. Того гляди заиграет дурацкая навязчивая музыка. Он откашлялся и вышел вперёд.

– Приятно познакомиться. Меня зовут Итан Хейзел. Я друг Саймона и его жены Лоры, – заполняя тишину, сказал он и протянул ей руку.