Книга Дерево красной птицы, страница 63 – Вера Лейман

– В любом случае сейчас мы ничего не можем сделать. Надо вернуться в деревню и все хорошенько обдумать, – мрачно процедил Рудже, морщась от боли в раненой руке.

– Командир! Командир! – снаружи послышался перепуганный голос, прежде чем в пещеру влетел мокрый, перемазанный кровью Чегон. Парень тяжело дышал, словно бежал без передышки долгое время.

– Ты откуда здесь? Что случилось? – Мунно вскочил на ноги. Ужасное предчувствие беды захватило его сердце.

– Деревня… на деревню напали…

Время стремительно пролетело, и вот уже деревья сменили одеяние, готовясь к зиме. Простой люд радовался, отмечая сбор урожая уличными представлениями и песнями на городской площади. Наун много времени проводил вне дворца, наблюдая за веселящимся народом.

Образ Кымлан постепенно стирался из памяти и уже не причинял такую острую боль, как прежде, хоть и оставлял в душе печальный шлейф несбывшихся надежд и упущенных возможностей. Время не повернуть вспять, а прошлое не исправить. Пытаясь утопить горе в вине, Наун наконец-то осознал, что слова министра Ёна и старшего брата были правдой: нужно как-то жить дальше. Смириться со случившимся и постараться не оглядываться назад в вечных сожалениях о том, что изменить не в силах даже Небо. Медленно, постепенно жаркое пламя погибшей любви превратилось в тлеющие угли и осыпалось бесформенными хлопьями серого пепла. И только грубый рубец на сердце напоминал о смелой девушке, к которой он испытал первые и столь сильные чувства.

Во дворце полным ходом шел отбор невест для младшего принца. Основная масса претенденток отсеялась, и в последний этап прошли три представительницы знатных семей Когурё. Придворный астроном сопоставил их даты рождения, выяснив, что именно они идеально дополнят огненную энергию принца и принесут равновесие в его жизнь. Лекарь проверил их целомудренность и то, насколько крепким здоровьем они обладают. По традиции, финальный этап проводил сам принц, который должен был подготовить для девушек загадку, и по ответам выбрать ту, кто станет его женой.

Наун не проявлял особого интереса ко всем этим событиям, но и не противился женитьбе, как раньше. Ему просто было все равно. Мысль о том, что скоро ему придется каждую ночь ложиться в постель с чужой женщиной, больше не вызывала протеста – лишь смирение перед неизбежным. После пережитого Науну стало казаться, что его сердце никогда не оживет, какая бы красавица ему ни досталась в жены. Заполнить пустоту в его душе не под силу никому.

Из испытаний, которым подвергла его судьба, Наун вышел другим человеком, будто бы заново родившимся. Он вернулся в зал Совета, снова стал участвовать в обсуждении государственных дел и много времени проводить с министром Ёном. За короткое время из горячего подростка принц превратился во взрослого мужчину. Теперь его суждения стали более хладнокровными и жестокими, и он научился четко и аргументированно отстаивать свои позиции. Министры и Владыка удивленно смотрели на изменившегося принца, отмечая, что эти перемены к лучшему.

Однако советники не знали, что у Науна был свой умысел. Вместе с министром Ёном он искал способы стать сильнее и поквитаться с теми, кто отправил Кымлан на смерть. По совету друга, Наун намеренно сближался с министрами, угощал их ужином и вином и дарил дорогие подарки, постепенно подбираясь к главному политическому противнику Первого министра, Ян Мусику.