Книга Дерево красной птицы, страница 175 – Вера Лейман

Кымлан посчитала это неслыханной удачей и, вытерев мокрое лицо подолом платья, выбралась наружу. Прежде чем затушить факел, она посмотрела на карту. Оружейный склад располагался на западе, недалеко от рыночной площади, а склад с провизией – через несколько улиц от него, рядом с домом коменданта, где теперь, надо полагать, проживал Мунно. Немного подумав, куда отправиться в первую очередь, Кымлан решила начать с провизии.

Она подошла к двери и сквозь щели бегло осмотрела улицу. Странно, но она была совершенно пуста, да и в домах не горели огни. Недоумевая, Кымлан вышла из конюшни и осторожно двинулась вперед. Дома стояли нежилые: двери и окна некоторых из них были распахнуты настежь, а кое-где даже ваялись вещи, аккуратно упакованные в тугие узлы. Складывалось впечатление, что люди собирались в спешке. Где же все? Может быть, после захвата крепости Мунно переселил мохэсцев с окраины в центральную часть города?

В любом случае это ей было только на руку, и вскоре она беспрепятственно миновала деревню и вышла к привычным глазу домам когурёсцев. Здесь чувствовалась жизнь, и хотя на улицах по-прежнему не было людей, в окнах горел свет, а на другой стороне она заметила женщину, юркнувшую в калитку. Здесь же были слышны звуки боя и грохот врезавшихся в стену камней. Люди в страхе спрятались, пережидая очередной штурм.

Еще раз сверившись с картой, Кымлан тихонько подобралась к складу с припасами и выглянула из-за угла. Напротив возвышался богатый дом с черепичной крышей, который явно принадлежал коменданту крепости. Кымлан разглядела два силуэта, направляющихся к дому, и узнала в них Мунно и Даона. Метнувшись за угол, она стала наблюдать, как сын вождя, тяжело опираясь на плечо друга, поднимается по ступеням.

От мысли, что Мунно пострадал, ее сердце зашлось как сумасшедшее. Что, если рана серьезная? Что, если… если он умрет?

Кымлан зажмурилась, тяжело дыша. Нет, этого не случится! Только не сейчас.

На мгновение ей захотелось ворваться внутрь и схватить его самой, но она сдержала безрассудный порыв. В одиночку ей не справиться. Нужно сделать свое дело и вернуться назад, а с Мунно она разберется позже, когда отец поймает его.

Огонь в нетерпении покалывал пальцы, дожидаясь своего часа. Кымлан повернулась к зданию склада и, раскинув руки в стороны, позволила пламени вырваться на волю. Деревянное строение вспыхнуло словно факел, который освещал ей путь в темном тоннеле, а Кымлан уже бежала ко второй цели.

За спиной раздались крики. Пожар заметили, и это был лишь вопрос времени, когда Мунно догадается о ее участии.

Кымлан бросилась к рыночной площади, судорожно ища глазами склад с оружием. Она резко остановилась, заметив гряду уходящих дальше по улице странных сооружений. Это были десятки столбов, на которых висели казненные когурёские солдаты. Площадь, где некогда кипела жизнь, превратилась в кладбище. Мунно сдержал слово и убил всех пленных, как и обещал.

Мир покачнулся, и Кымлан осела на землю в окружении мертвых воинов, которые смотрели на нее незрячими глазами. Все они словно упрекали ее в том, что она снова осталась жива. В памяти всплыло лицо Чаболя, последними словами которого было: «Неужели это все, Кымлан? Мы все умрем?» В ушах зашумело, и она будто наяву услышала отвратительный звук разрезающего плоть клинка и глухой удар падающих рядом тел.