Книга Дух огня, страница 90 – Вера Лейман

– Министр, заседание еще не закончено, куда же вы? – на лице принца расцвела мстительная улыбка.

– Что еще мы должны обсудить? – буркнул министр, с неудовольствием возвращаясь обратно.

– Я бы хотел поднять один чрезвычайно важный вопрос, – Наун опять вышел в центр зала и обвел взглядом настороженных чиновников. – Недавно от надежного источника мне поступил любопытный отчет.

Наун достал из потайного кармана свернутый в несколько раз свиток, обличавший преступления Первого советника, и небрежно развернул его.

– В этом документе перечислены преступления Первого министра, самые тяжкие из которых – присвоение территорий и сбережений из королевской казны.

В зале повисла удушающая тишина. Наун перевел взглядна Первого министра, наслаждаясь потрясенным выражением его лица, и улыбнулся ему.

– Прошу Совет ознакомиться с этими сведениями, провести расследование и вынести справедливый приговор.

Наун передал документ секретарю, и тут же зал взорвался невообразимым шумом. Чиновники вскакивали со своих мест, перебивали друг друга и каждый пытался дотянуться до провокационного документа, который в суматохе чуть не разорвали на части. Первый министр что-то кричал и размахивал руками, пока не осел на пол, сраженный произошедшим.

– Лекаря! Лекаря! – закричал Насэм, вскочив с трона и бросаясь к Первому министру.

Наун перекрыл многоголосый гул, зычно крикнув:

– Стража! Арестуйте преступника и бросьте в тюрьму до окончания расследования!

– Да как ты смеешь, он же Первый министр! – разъяренный Насэм совершенно не по-королевски схватил брата за грудки. Он прекрасно понимал, что без своего влиятельного тестя останется ни с чем, и лишь дело времени, когда Наун займет его место. В его перекошенном лице и сверкающих глазах Наун видел страх и первый раз по-настоящему ощутил вкус власти. Он ощущал, как она бежит по венам, горчит на кончике языка, распирает грудную клетку и делает поистине всесильным. Он впервые понял, что значит играть чьей-то жизнью, и ему это нравилось.

Прибежавшая стража окружила их, и Насэм оттолкнул от себя Науна, преграждая путь к бесчувственному министру.

– Он преступник, а преступник должен сидеть в тюрьме, – спокойно сказал Наун, наслаждаясь разъяренной беспомощностью брата. – Или вы действительно собираетесь защищать человека, обокравшего свою страну?

– Негодяй! – выплюнул Насэм. Его лицо было бледнее мела, губы тряслись. Он наконец понял, что шутки кончились, и Наун настроен идти до конца.

– Если вы на его стороне, то можете скомпрометировать себя, Ваше высочество. Может быть, вы были с ним заодно? – Наун наслаждался неподдельным страхом в глазах брата. Все личное наконец было отринуто окончательно и бесповоротно. Все родственные связи оборваны, и теперь перед ним стоял не родной брат, а его личный враг, против которого он будет бороться. Младший принц действительно вырос, и Наун физически ощущал, что наконец-то стал другим человеком. Таким, каким его хотела видеть Тами. Человеком, который имел в себе силу и смелость бороться зато, что ему дорого. Тем, кто был способен на все. Он должен стать таким, чтобы защитить своего будущего ребенка, жену и женщину, которую до сих пор любил.

Кымлан встала рядом с ним, плечом к плечу, и смело сказала, без страха глядя в глаза наследному принцу: