Книга Дух огня, страница 86 – Вера Лейман

– Я люблю тебя, – отчаянно выдохнул он ей в губы.

Сольдан обвила руками его шею и доверчиво прижалась к его груди.

Пушистая лесная трава стала им постелью, а густые кроны в вышине тихо перешептывались, вторя их любви. Никто не знал, что подарит им завтрашний день. У них было лишь сегодня, которое безраздельно принадлежало лишь им двоим.

После возвращения со злополучной охоты прошло больше двух недель, и рана принца уже затянулась, но все равно время о времени давала о себе знать пульсирующей болью. Она появлялась всегда, стоило только подумать о Насэме, будто не давала забыть о том, что хотел сделать с ним родной брат. Главный дворцовый лекарь сказал, что для полного восстановления может потребоваться около двух месяцев – когда организм полностью восстановится после отравления.

Насэм предложил Науну на время выздоровления отойти от государственных дел и полностью заняться здоровьем. При этом он выглядел настолько довольным собой, что у Науна опять все внутри перевернулось: неужели брат превратился в настоящее чудовище, которому чужды и родственные связи, и элементарные угрызения совести? «Власть его так изменила или окружение, которое повлияло на него? И в кого превращусь в конечном итоге я, когда достигну желаемого?» – с грустью думал Наун, по привычке стоя у окна и глядя на тихий двор.

Он выдвинул один из ящичков своего стола и взял деревянный жетон, который Кымлан нашла в кармане убийцы. Повертев его в пальцах, Наун прищурился и поднес его ближе к огню, только сейчас заметив некоторую странность. Он перевернул жетон несколько раз и удостоверился в своей догадке: на оборотной стороне должен был стоять еще один знак – ветвь сливы, знак королевского рода. Но ее не было. О том, что личная стража Насэма вырезает на оборотной стороне жетона этот знак, крошечный и почти незаметный, знали только члены королевской семьи и мастера, которые изготавливали их по личному приказу венценосных особ. Это было подтверждением подлинности жетона, который легко можно было отличить от подделки, и Наун, ослепленный обидой на брата, не подумал сразу проверить это. Только сейчас он понял, что жетон не был настоящим.

Наун в волнении сжал в ладони доказательство заговора брата и заметался по комнате. Тонкие деревянные края впивались в пальцы, в сердце и душу, всколыхнув целый ворох необузданных мыслей и чувств. Выходит, Насэма подставили, специально раздали наемникам поддельные жетоны, чтобы подозрение пало на наследного принца! Но кто это сделал? Кому было выгодно окончательно натравить братьев друг на друга? Первому министру? Нет, это не в его интересах, он не стал бы подставлять своегозятя, который через два месяца должен взойти на престол как полноправный Владыка. Кымлан? Это еще абсурднее. Тогда кто?

Наун остановился как вкопанный посреди спальни, распахнутыми глазами глядя на качающееся пламя напольного светильника. Тами или Ён Чанмун… Больше некому. Они не знали, что на жетонах есть тайный знак, поэтому раздали убийцам подделки и инсценировали покушение. Другого объяснения не существовало. Должно быть, они сообща или кто-то из них по своей инициативе решили подстегнуть Науна, который, по их мнению, все еще был недостаточно жестким и решительным. И чтобы с корнем вырвать все родственные чувства из сердца принца, обманули его совершенно бесчеловечным образом. Даже для семейки Ён это было слишком… Есть грани, которые переступать нельзя!