Книга Дух огня, страница 100 – Вера Лейман

Мунно она видела редко, и то в покоях принцессы, где Кымлан сгорала от ревности. Им удавалось лишь обмениваться взглядами, да иногда, будто невзначай, касаться руки друг друга. Эта пытка была невыносимой, душа Кымлан корчилась от боли и невозможности быть с тем, кого она любит.

– Держи себя в руках, – шепнулакак-то ей Сольдан, когда они возвращались из дворца домой. – У тебя искры из глаз летят, когда ты на него смотришь. Принцесса и так что-то подозревает, мы едва отвели от вас подозрения.

– Мне так тяжело смотреть на то, как он приходит к ней в спальню и ведет светские беседы, как будто она и впрямь должна стать его женой, – вздохнула Кымлан.

– Я понимаю тебя как никто. Сама тоскую по Даону и ничего не могу сделать. Хотя тебе тяжелее – его хотя бы не пытаются женить, – грустно сказала Сольдан.

– Невыносимо. Лучше бы он оставался в мохэ. Тогда я бы не узнала, как сильно его люблю.

Кымлан вернулась домой, без аппетита поужинала, просто чтобы не обижать нянюшку, и ушла в свою комнату. Зажгла светильник и села на расстеленный матрас, глядя на огонь. Дух огня… Огненная птица, которая говорила с ней из пламени. Было ли это плодом ее воображения? Как много страхов жило в Кымлан, как много «нет» и «нельзя», как часто она молчала, когда хотелось кричать от боли. Как сильно ей хотелось стать для Мунно единственной, его спутницей, которая прошла бы с ним рука об руку. Как хотелось ей быть на месте Ансоль и с полным правом называть его своим… Но у Кымлан не было прав, и выбора тоже не было. Поднявшись на ноги, она прошлась по комнате. Повинуясь безотчетному желанию, открыла сундук, в котором все еще лежали женские платья, которые няня так и не выбросила. Достав одно из них, девушка поднесла его ближе к светильнику и залюбовалась красивым гладким шелком, расшитым яркими узорами. Такую одежду она могла бы надеть только ради одного человека, только ради него она могла хоть ненадолго стать женщиной, лишь ему хотелось показать свою слабость и податливость. Но этого никогда не произойдет. Через два дня они с принцессой официально обручатся, а через месяц станут мужем и женой.

Поддавшись странному, несвойственному ей желанию, Кымлан надела нижнее платье из тонкой струящейся ткани и распустила волосы. Села за стол и посмотрела в пыльное зеркало, в которое не смотрелась уже несколько месяцев. Ее пристально разглядывала незнакомка, имеющая некоторую схожесть с привычной Кымлан. В женском платье, которое она ни разу не надевала, с тех пор как ей исполнилось двенадцать, она выглядела трогательно и… привлекательно. И ей вдруг до боли захотелось, чтобы Мунно хоть раз увиделее такой. Безумное решение созрело в мгновение ока, и Кымлан вскочила на ноги, тяжело дыша и приходя в ужас от одной только мысли, что собирается сделать. Станет ли он мужем принцессы или покинет Когурё навсегда, она не может вот так его отпустить. Не может не испытать того, чего хочет любая любящая женщина.

Не давая себе времени передумать, она закрутила волосы в сантху, накинула поверх женской одежды мужскую и выскользнула из дома. Оседлала Исуга и припустила во дворец. Погруженный в ночную тишину Куннэ мирно спал, забыв о дневных заботах и печалях. А у Кымлан замирало сердце, когда она, заведя коня в стойло, прошла мимо дворцовой стражи.