Весь день я думал только о Хресте, вспоминал все, что мог знать о могущественных лекарях. Неужели кто-то из них нашел способ лечить магические раны после высших тварей… или… нет, я боялся дать себе надежду вернуть магию. Иногда я словно чувствовал источник — кусок льда, но это были всего лишь отголоски былой власти над стихией.
Я был согласен вернуть хотя бы магию, чтобы не чувствовать себя беспомощным…
Боль от потери дракона не сравнить с магией, поэтому вернуть ее легче…
Легенды говорят, что когда-то давно мы могли полностью оборачиватьсяящерами. Сейчас драконы имеют частичный оборот, но даже изменение руки или чешуя дает огромное преимущество в борьбе с тварями. Когти режут их шкуру лучше мечей, а чешуя защищает там, где доспехи рвутся как бумага… Дракон потерян. Если источник еще дает какие-то отблески, то своего зверя не чувствую совсем.
Я еле дождался вечера и, чувствуя себя каким-то шпионом, пошел в дом Торка. Его семья как раз восстановила свой городской особняк. Зашел со второго хода, как в детстве пролез по стене и постучал в окно. Торк открыл сразу, хмыкнул и открыл его пошире, чтобы я мог запрыгнуть внутрь.
Все были в сборе: Лао — наш спокойный маг земли; Кирж — темная магия, иногда мы сами про него забывали, так он привык жить в тенях, даже сейчас, без магии; и наконец Хрест… наш огненный Хрест, который всегда шел впереди всех, потому что не мог по-другому. Хрест, благодаря которому мы выжили, хотя все считают, что заслуга нашей жизни — моя…
Хрест был таким, каким я помнил его в день нашего последнего боя. Без страшной маски голого черепа, со светящимися силой глазами.
— Как? — только выдохнул я и замер.
— Вот, вот, — сказал Торк. — Мы все так вот стояли и так спрашивали. Давай, брат, рассказывай все в сборе!
— Клятва. И потом еще не одна. Я отведу вас туда, где мне вернули магию.
Хрест посмотрел на каждого из нас.
— Это какая-то секта? — у Киржа была не очень приятная история жизни в секте. У нас они появлялись постоянно, и он их ненавидел.
— Нет, — Хрест мотнул головой.
— Не расколется, — сказал Торк. — Я его уже два дня пытаю.
— На мне клятва, — коротко сказал Хрест.
— А дракон? — вопрос от Лао.
— Нет, — покачал головой огненный, сразу понимая, что хотел спросить друг.
— Плевать, — сказал Торк. — Если мне вернут магию, я готов поклясться.
— У меня нет выбора, — сказал Марк. — Наши земли заберут, если я не смогу родить магически одаренного ребенка, а это в нашем случае практически невозможно. Баб, магически одаренных, увезли в столицу и продали подороже. У нас одни бессилки остались, и те, в которых драконья кровь под сомнением, так сильно они перемешались с людьми.
В общем, выехали мы на следующий день. Путь наш шел к небольшому городку Ошмур. Раньше земли принадлежали роду Митроу, но те давно утратили и магию, и драконов, только работный дом помогал сохранить имя рода.
Я скривился. Работные дома — самая страшная неразгаданная тайна драконов. Даже императорский род, к которому принадлежал герцог Ахюст, не смог понять, что значат работные дома, но и сломать их систему побоялся.
Каждый работный дом — своего рода артефакт, который, в свою очередь, внедрен в артефакт более огромный, опоясывающий всю империю.
Одни считали, что Ахюст хотел защитить империю от тварей, но забывали, что на тот момент разломов еще не было; другие считали, что Ахюст хотел стать бессмертным, и артефакт — это пентаграмма для создания бессмертного существа.
