Книга Последняя роза Дивеллона, страница 102 – Вера Платонова

Наверное, если бы Вальд знал, что с гибелью Эллин, рассыпалась в пыль и ее темная магия, что она рассеялась также, как ветер развеял дым над демарфийским полем, он бы принял иное решение. Если бы Вальд знал, что аторхи без источника магического дурмана были также свирепы, как коровы, жующие траву на лугу летним утром, он бы расхохотался над моим предложением. Если бы только он знал, что они остались всего лишь безобидными неприкаянными поднятыми телами, с которыми мне все еще нужно было что-то решить… Но Вальд не знал. Он думал, он ходил вперед и назад вдоль зубчатой стены, что-то кричал своим приспешникам.

Прошла половина шааза. Я вскинула голову и вперила глаза в фигуру короля Иттероса.

– Ваше решение?

– Вели аторхам отойти! Мы выходим! – крикнул он. – И помни, что ты дала слово королевы!

Я наклонила голову утвердительно. И отдала распоряжение.

Аторхи отошли на двести шагов.

Иттеросийцы торопливо вышли, уберегая в центре колонны своего короля и еще нескольких высокопоставленных персон. Этольд шел, не глядя на меня, и вызывая желание плюнуть в его красивое лицо. Ворона среди них не было. Значило ли это, что у меня была надежда повстречать еще Айну и Деценну живыми?

– Ведьма! – бросил Вальд шепотом в мою сторону.

– Давайте поживее, я не могу их долгосдерживать! – крикнула я вдогонку, глядя как мои “свирепые” солдаты в ближайшем лесочке хаотично бродят, то и дело неуклюже сталкиваясь друг с другом. Иттеросийцы пришпорили коней. Я поглядела им вслед без капли сожаления.

В Долине говорят, что муж и жена должны всегда и во всем быть в согласии. И что говорит один, то думает и другой. И что в голове у него, то у нее на устах, и наоборот. Но мы были не в Долине, и жили не по ее заветам.

С Айвом мы далеко не всегда были в согласии. Поэтому данным мной словом он не был связан. А это значило, что лишь только Вальд минует ближайшие окрестности Излаумора, его настигнет праведный гнев истинного короля тиульбов. Истинного по происхождению, заслугам, твердости характера и отваге.

Огорчительно лишь то, что мой щедрый Айв позволит каждому из них умереть с честью, как и полагается мужчине, – с оружием в руках. Хотя они этого не заслужили.

И мне не было стыдно за свое коварство, ведь Вальд нас не пожалел.

Я присела на пригретую весенним солнцем корягу, расправив складки перепачканного и изорванного платья. Намереваясь дождаться здесь своего супруга, чтобы рука об руку с ним зайти в свой дом, решила пока навести порядок среди аторхов.

По моему велению они выстраивались в шеренги по десять, но строй все время кривился и ломался. Я пришла в негодование, перестраивая их снова и снова, но в ряду вместо десяти то и дело оставалось по девять. Пока я с удивлением не поняла, что аторхи исчезают. Медленно, по одному, они растворяются в воздухе. Я и не думала, что все решится само собой, полагала, нужно будет проводить какой-то обряд упокоения, очищения или возвращения в Колыбель.

Ах, вот как! Недолго же мне пришлось быть властительницей темной безобидной армии.

До ушей донесся конский топот. Хозяин Твердыни возвращается! И все, наконец, пойдет так, как и должно быть. Наконец-то, все наладится.

Айв сразу заметил меня, и почти на ходу слетел с коня и подбежал, сгребая в свои объятия, поднимая, кружа и зацеловывая.