Книга Снежность Иве, или Господин Метелица, страница 18 – Вера Платонова

Иве и не заметила, как рядом с ним словно из ниоткуда возникла дряхлая старуха в красном плаще. Почти все лицо ее скрывал глубокий капюшон. Но то, что открывалось взору – выглядело пугающе. Иве всмотрелась пристальнее, пытаясь запомнить все как следует.

Однако, провести у такого человека в услужении несколько месяцев – испытание не из простых. Одни только руки, со вздувшимися голубыми венами, длинными желтоватыми ногтями и стянутой кожей вызывали оторопь.

Даже не поздоровавшись и не произнеся каких-либо вступительных слов, Метелица тут же указала пальцем на девушку, стоявшую первой.

– Нет! – проскрипелаона.

– СЛЕДУЮЩАЯ! – выкрикнул бургомистр.

Рози сделала шаг вперед. От Иве не укрылось, что сестрица задержала дыхание.

Метелица взяла Рози за подбородок и взглянула ей в глаза. Не отвергнув и не одобрив, старуха хмыкнула и произнесла:

– Посмотрим следующих. Что-то мало девиц нынче собралось.

– Следующая! – подозвал бургомистр, Рози в растерянности встала в сторонке.

Так старуха прошла всех девушек, говоря “нет” каждой из них.

Затем она остановила свой взгляд на стоявшей в стороне Иве и громко спросила у нее:

– Ama saata dekoohler do hobta gun?*

– Не хочу, – тихо ответила Иве.

Старуха поджала узкие губы, выражая недовольство ответом, но проворчала:

– Я никого не принуждаю. Ладно, давайте эту! – она показала на Рози и добавила бургомистру. – Первым днем осени лично привези ее к моему дому.

Тот поклонился.

После этого она развернулась, сделала два шага в сторону лавок и растворилась в воздухе, будто ее здесь и не было.

– Как зовут тебя, и на какой улице ты живешь? – спросил он Рози.

Та ответила, раскрасневшись от счастья:

– Розетта Эдегор, переулок Бронников.

“Девица Эдегор, пер. Бронников”, – нацарапал бургомистр на пергаменте.

– Смотри, не подведи, – серьезно сказал он Рози. – Раз уж вызвалась, изволь в назначенное время быть готова. С Метелицей не шутят.

– Я готовее всех! – воскликнула та с жаром.

– Да хранит тебя Селестина, – сказал бургомистр и удалился восвояси, испытывая облегчение, что ежегодная формальность выполнена.

Рози подскочила к сестре, и после того, как они крепко обнялись, затараторила:

– Ууу, видала, какая страшная? А что она у тебя спросила? Это на каком языке? А ты такая в ответ “не хочу”? Ну она так долго думала, у меня сердце так и ухнуло. Думаю, сейчас, как выберет не меня! И все! Не будет у меня золота! А если у меня не получится снег сделать? Хотя, такого не может быть. Представь, выхожу я из ворот, и сразу передник готовлю, а на меня так и сыплются золотые монеты, драгоценные каменья, перстни, ожерелья!

– Ага.

– Ну что, Рози, готова вернуться домой, как смоляное чучелко? – подошел к ним Дигги. – С тебя еще золотой, как договаривались, ииии… – он постучал пальцем по своей щеке.

– На, золотой. И все! – Рози вложила ему в ладонь тяжелую монету, которую Дигги тут жеубрал в кармашек.

– Эй, сестра Розетты… – сказал Дигги.

– Её зовут Иве, – подсказала Рози.

– Точно, Иве, все время забываю. Ты же вроде картинки рисовать любишь, да? Говорят, скоро в Бьё приезжает большой художник из Фьорса. Картины свои будет всем показывать за деньги. Может, и тебе поглядеть захочется! Хотя за глупость такую еще деньги платить.

– А что за художник? – оживилась Иве.