Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 1, страница 89 – Селина Катрин

Язык чесал какую-то чушь, не связываясь с мозгом.

Внутри меня рвались ядерные потоки: гремучая смесь ярости, желания, зависти и вины... Больше всего на свете я хотел схватить эту умную и независимую женщину, прижать к себе и вдохнуть аромат её волос. Больше всего на свете я хотел закричать: «Почему этот урод,а не я?! Почему ты не сообщила, что у тебя есть дочь? Почему ты не звонишь? Мы же были тогда в лифте близки, ты показалась мне искренней… Почему ты такая, что я уже не сплю вторые сутки? Почему от тебя фонит так искушающе, будто мы занимаемся сексом прямо сейчас?!»

Последняя мысль заставила сглотнуть. Положил руку на её чулок — тончайшая ткань, как срезанная с воздуха, — просто чтобы проверить…

— Что вы позволяете себе, инспектор Монфлёр?! —  зашипела сквозь зубы эта кошка, но на деле…

На деле она не дёрнулась. Только напряглась, как струна перед срывом. Дыхание сбилось едва заметно, но я уловил. Зрачки расширились, затапливая фиалковую радужку, а губы приоткрылись, как у женщины, которую только что тряхнуло желание. Я ощущал жар, исходящий от её кожи, как гравитационное поле, в котором притяжение уже было не остановить.

Захотелось смеяться. Не от веселья — от облегчения.

Я готов был поклясться, что в эту самую секунду горячая эльтонийка хочет меня не меньше, чем я её. Понятия не имею, что там она делала с Хавьером, но… сейчас передо мной стояла очень голодная женщина. Такая, что может загрызть, если поцеловать не туда. Или застонать — если попасть точно в цель.

Наклонился и прошептал на ухо, позволяя голосу расплавиться в гортани:

— Я позволяю себе допрос с пристрастием. А вы, леди Фокс, подозреваемая.

Игра в инспектора, который ищет Одри Морелли, продолжилась, а Эстери таяла в моих руках. Мой язык что-то болтал, она отвечала, но не это было важно. Я чувствовал, как её гордое тело, подчинённое только собственным правилам, сдаётся. Не сразу. Не жалко. А с хрустом, как ломается лёд под каблуком — взвешенно, опасно и очень эротично.

Её бета-поле било по моим рецепторам сильнее, чем в тот проклятый день, когда я пережил ментальный обвал, узнав о смерти сестры. Тогда я выжил. Сдержался. Удержал лицо и ситуацию.

А здесь — начал гореть.

Фиалковые глаза Эстери потемнели, грудь часто-часто вздымалась, а трепетные пальцы вцепились в мою рубашку, не то отталкивая, не то хватаясь, как за последнюю точку опоры. Она была реальной до боли. До рези в горле, до покалывания в пальцах, до потемнения перед глазами.

Её руки подрагивали намоей груди, но она всё ещё пыталась это скрыть. Фокс состояла вся из противоречий, но я чувствовал её настоящую. Гладил, ласкал, трогал, вбирал её эмоции всеми фибрами… Колючая, как молекулярный щит, но под ним — неженка, хрупкая и испуганная женщина, которую почему-то никто не учил, как быть слабой.

Я смотрел на неё и понимал, как слеп был раньше!

С первого взгляда — женщина с характером гранитной скалы. С иронией на губах, грацией пули девятого калибра и походкой, от которой вянут нервы. Невыносимая. Несносная. Жёсткая. Но сейчас, держа её в руках, чувствуя, как мелко дрожит её тело, я вдруг осознал, что всё это было бронёй.

Она не бесчувственная. Не холодная. Не надменная.

Она просто хорошо умеет играть в эти игры.

Мой гнев, ревность и жёсткие оценки мгновенно улетучились. Я пришёл за ответами, хотел прижать её к стене не только телом, но и фактами, а вместо этого теперь стоял и гладил её, ловя себя на мысли, что хочу совсем не допроса.