Книга Миллион лет до н.э., страница 15 – Инна Сирин

Не может быть, чтобы рисунка не было! Я же попала сюда, когда прикоснулась к нему! Я несколько раз осмотрела стены, но рисунка так и не нашла. А ведь он был довольно большим, невозможно не заметить в помещении 2*2 от силы. Что делать? Вылезти обратно не могу — там лев. Можно подождать, пока он уйдёт, но львы ведь очень терпеливые. А у меня с собой только бутылочка воды. Сколько я на ней продержусь? Что делать?! Домой хочу! Выпустите меня отсюда!

А что, если нарисовать самой? Бизона с носорогом я не смогу, но с человечком уж точно справлюсь. Я принялась лихорадочно искать, чем можно было бы начертить, схватила какой-то камушек, но он оказался бесполезен. Меня уже колотило от нервов, я суетилась, психовала, но всё без толку.

Сверху раздался какой-то шум, веревка задвигалась и я поняла — вот он, мой конец. Помру бесславно и никто даже косточек моих не найдёт. Тело окоченело, в голове царила сумятица, я понимала, что меня уде ничего не спасёт. А по верёвке (неожиданно!) спускался Аур. Увидев меня, он облегчённо выдохнул и спрыгнул на пол пещеры.

— Как ты прошёл? Убил льва? Зачем ты пришёл?! — мой голос сорвался на крик. Но меня вдруг осенило: — Аур, нарисуй быка и носорога! У тебя же есть чем рисовать?

Я судорожно водила пальцами по стене, пытаясь объяснить мужчине, что я от него хочу. Периодически смахивала с лица что-то, что затуманивало мой взгляд, нос почему-то заложило и я уже плохо соображала, что происходит. Когда Аур протянул ко мне руки, я стала кричать, сопротивляться и брыкаться. Так продолжалось некоторое время, пока я не поняла, что меня… обнимают. Аур прижимал меня к своей груди, поглаживал по спине и что-то негромко бормотал. Я попыталась оттолкнуть его и он отпустил, хотя и не сразу. По его взгляду легко читалось сочувствие. Ябыла уверена, что древние люди на такие сложные чувства неспособны. А вот надо же…

— Аур, что мне делать? Как мне теперь?

На глаза снова навернулись слёзы и я откровенно и некрасиво разрыдалась, рухнув на холодный каменный пол. Мужчина ждал, больше не предпринимая попыток меня пожалеть. А когда я немного успокоилась, он показал мне, чтобы залезла ему на спину и крепко держалась всеми конечностями. Я подчинилась, а он стал ловко взбираться по канату. До выхода из пещеры я кое-как доковыляла на своих ногах и с ужасом уставилась на того самого льва, который меня преследовал. Он возлежал на камне прямо напротив входа в пещеру и лениво зевнул при виде людей. Не в силах вымолвить ни слова, я указала на него пальцем, за что получила очередной недоумённый взгляд мужчины.

Аур что-то сказал животному и тот бесшумно снялся с камня, подошёл к нему и просунул огромную морду под мужскую ладонь, ластясь как заправская кошка.

— Так это твой… лев? Он что, домашний? А дедушка рассказывал, что сначала одомашнили овец, а потом собак. А у тебя вот лев.

Как обычно, Аур ничего не понял, а меня покинули последние силы и я осела на траву. Воля к жизни потерялась где-то в пещере. Путь к селению не помню, очнулась уже в шалаше, в котором проснулась прошлым утром. Судя по всему был уже день. Мои руки были чем-то смазаны и перемотаны тонкими полосками кожи. Надо же. В шалаше я была одна. Уткнувшись в шкуру, я снова разрыдалась. Разочарование, страх, бессилие уничтожали меня. Я уже поняла, что не смогу вернуться и вероятно мне придётся жить в каменном веке до конца своих дней. Ну или по крайне мере, пока в колодце не появится рисунок. А когда он появится — неизвестно. И как меня вообще угораздило?!