Книга Кровавый Король, страница 224 – Элизабет Кэйтр

Он старается удовлетворённо кивнуть головой и приглашает королей уединиться в его кабинете с бокалами амброзии и размышлениями по поводу численности воинов.

Эсфирь внимательно наблюдает за тем, как новоиспечённый муж, послав ей воздушный поцелуй и постучав пальцами по сердцу, уводит королей из тронной залы. Она не сдерживает счастливой улыбки. Шанс на спасение брата начал мерцать перед глазами, до того, как она заметила Паскаля, флиртовавшего со знатной альвийкой без зазрения совести.

«Видара хватит удар, если Кас женится на ком-то из его королевства!»

Мысль провоцирует лёгкий смех. Кажется, всё начинает налаживаться.

— И вот так! — Файялл завершает странное дрыганье не менее странной позой, больше похожей на перекачанного лысого павлина, распушившего ощипанный хвост.

Эсфирь ярко смеётся, копируя его позу, чем провоцирует смех компании. Сегодня высокопочтенная знать не косилась, не искала подвох и соринку в каждом движении, все упивались амброзией и веселились, веселились, веселились. Неприлично громко, как в последнем кабаке, кричали слова поздравлений. Альвы радовалисьсвадьбе, считая её благим знамением только потому, что на ней показались Всадники.

Себастьян, Файялл и Изекиль заметно затихают, как один склоняя головы. За спиной Эсфирь стоял Война.

Ведьма медленно оборачивается на него, уже стремясь опустить голову, но он перехватывает подбородок двумя пальцами, не желая, чтобы она кланялась. Всадник аккуратно берёт руку Эсфирь, укладывая на свою.

— Изволите выпить со мной, Эсфирь Лунарель Рихард? — он кривит тонкие губы в ледяной усмешке.

Она дёргает уголками губ.

Эсфирь Лунарель Рихард.

Рихард.

Это всё не шутка, не фарс, ничего подобного. ОнаженаКороля Первой Тэрры. Жена Кровавого Короля. Она — Верховная ведьма — вскоре станет обладать уникальным титулом — КоролеваТринадцати Воронов.

— Я так рада видеть Вас! — Эсфирь старается избежать тёплых эмоций, чтобы никто не уличил их в связи. — И, наконец, поговорить с Вами.

— Я горд за тебя, — Всадник смотрит исключительно на ведьму. — Мы все горды. И ты должна гордиться. Чума говорит, что ваша любовь похожа на паразитирующую болезнь.

— Она права. Но от этой болезни не хочется находить лекарство, — признаётся ведьма.

Она никогда не могла лгать Ему.

Все, кто встречаются на их пути — мгновенно затихают, кланяются и расходятся в стороны. Эсфирь чувствует, как кто-то буравит взглядом спину, но пересиливает желание отвернуться от того, кто когда-то отчасти заменил отца.

— Ваше лекарство — вы сами! — Война берёт в руку бокал с вином, что стоял на одном подносе с амброзией, и протягивает Эсфирь, только потом изящно поднимает бокал и себе.

— Кажется, я понимаю Вас.

Война хрипло смеётся.

— Знаешь, а ведь на твоём Посвящении самодовольный король сказал, чтоне любит своенравных. Но я уже тогда видел, что он без ума от тебя.

— Потому что Вы изначально всё знали, — Эсфирь прячет ядовитую улыбку в бокале.

— Ну-ну, милая, не показывай зубки. Это дар, дарам не стоит противиться. А если ты думаешь, полюбила бы егобездара? То ответ прост. Полюбила бы.

— Почему Вы так уверенны в этом?

— Потому что, как бы не обижалась богиня Тихе, Хаос и Бог, Вы сами творите ответвления своей судьбы. А мы лишь наблюдаем. Это я к тому, что найди ты в себе силы и разорви связь, — Всадник переходит на едва слышный шёпот, — ты полюбила бы его ещё сильнее по однойпростой причине: он — твоё зеркальное отражение. От себя не убежишь. Связьне сводитразных и не ошибается.