Книга Помощница для князя оборотней, страница 63 – Эми Мун

— Была голодна, — призналась тихо, — а теперь кусок в горло не лезет. И это странно.

— Почему?

— Потому что он лесной козел!

Ладимир негромко рассмеялся. И, откинув с лица спутанные рыжие волосы, принялся разводить костер.

— Твоя правда — упрям князь, — ответил, чиркая кресалом. — Но отходчив и незлобив.

— А вот тебя до сих пор простить не может! Извини...

— Рассказал?

— Да.

— Но ты не поверила…

И это был не вопрос. Василиса качнула головой. Ну не вязался образ красавца Ладимира с хладнокровным убийцей.

— …А зря. По моей вине Дуняша погибла.

— Однако ты жив. Значит, не так уж много было той вины.

Ладимир коротко взглянул на нее и вернулся к розжигу костра. Но на дне изумрудно-зеленых глаз мелькнуло что-то похожее на благодарность. И грусть.

— Девана так рассудила. Порой жизнь похуже смерти…

— Расскажи мне, Ладимир. Понимаю: Северян злится. Но… у меня тоже брат погиб. В горах.

И Василиса коротко рассказала о том, как все случилось. Оборотень внимательно слушал. А потом вздохнул:

— Хочешь говорить со мной, потому что с тем, кто твоего брата убил, не смогла?

На мгновение Василиса опешила. Это было… близко. Она действительно не решилась на нормальный разговор. Только кричала и сыпала угрозами. А потом игнорировала. И все-таки…

— Нет, Ладимир. Я хочу знать твоюправду.

Оборотень вновь усмехнулся:

— Что ж… Изволь. Полюбила она меня, а я лишь игры хотел. Еще бы! Дуняша была хороша собой, однако мой зверь не чуял в ней единственную.

— Потому что ты кот, а она медведица? Ой…

Василиса прижала пальцы к губам. Уж слишком красноречив был взгляд Ладимира.

— Наши женщины не могут оборачиваться в зверей, Василиса, — ответил медленно. —Запомни это и не вздумай при Северяне этакую глупость ляпнуть.

— П-поняла… Спасибо.

— А еще не всегда от нас родится дитя, способное к обороту. Предки Северяна трижды по три колена (прим. автора — поколения) носили в себе дар, прежде чем Девана позволила зверю явиться.

Василиса понятливо кивнула и поспешила перевести разговор:

— Так что стало с Дуняшей? Она тебя полюбила и...

— И в этом смерть свою нашла. Нежное сердечко не выдержало, когда я сказал, что не быть нам вместе.

— Но…

— Нет, Василиса, не говори, что моей вины нет. Я знал про ее мечтательность. Понимал, что играю с огнем. Северян меня не раз просил отступить. И словом, и кулаками. А я все равно лез — азарт взял. Ну вот и доигрался.

Ладимир понурил голову. Василиса тоже отвернулась, кусая губы. Очень жалко Дуняшу... Тут, вон, и опытные женщины от любви с ума сходят, а что ж говорить о молоденькой девушке.

— Значит, когда все случилось, Девана тебя прогнала?

— Прогнала, — эхом отозвался Ладимир. — Но лучше бы позволила Северяну свернуть мне шею. Уж которую ночь во снах Дуняшу вижу. Нет сил больше смотреть в ее глаза.

Василиса чуть не расплакалась. А потом, потакая невыносимому желанию, придвинулась к Ладимиру и обняла за плечи:

— Ты поможешь Северяну, и она тебя простит — я уверена.

Оборотень недоверчиво хмыкнул, но ее рук не сбросил, наоборот — ласково тронул запястье:

— Спасибо, Премудрая.

Так они посидели еще немножко, а потом занялись готовкой. Северян наверняка захочет есть, когда вернется. Ладимир принес дичь, Василиса набрала ягод и воды.

Но время плавно двигалось к вечеру, а князя все не было. Ладимир тоже обеспокоился. Тревожно поглядывал на скалы, вышагивал туда-сюда и наконец решился: