Онлайн книга «Помощница для князя оборотней»
|
— Убрать мечи! И в дверях показался Додон. В одной лишь рубахе и штанах, весь растрепанный и помятый. Но каким же огнем сверкал его взгляд! Не осталось ни крупинки былого простодушия! — Паскудница… — прорычал, глядя на княжну. Та аж побледнела. — Батюшка, я… Но князь обжег ее таким взглядом, что Елена Прекрасная мешком осела на трон. Княжий, к слову… А Демьян свет Ярославович тихонько щелкнул пальцами. Человек бы не заметил, а вот дикий сумел! Северян стремительным рывком бросился вперед и сбил с ног князя. Грохнул залп. — Тварь лесная! — заорал Додон, но, вспомнив про стрелецкие пищали, тут же сменил гнев на милость. — Награжу, только помоги. Хитрил — Северян это чуял. Помочь можно по-разному, порой и вовсе пустяшно. Но… — Поглядим, сколько в твоих словах чести, — прорычал так, чтобы их слышали. А потом метнулся за удиравшим Демьяном. Короткий хруст — и не стало в тереме главного стрельца. Увидев это, княжна завопила в голос. Северян на это даже ухом не повел, в его когтях бился лекарь. Но убивать его Северян не стал — пусть Додон его судьбу решит. Только ноги отдавил, чтобы не бегал. А стрельцы, увидев такое, рухнули на колени и принялись молить о пощаде. Тут и Додон себя показал. — Ах вы, сучьи дети! Да я с вас шкуры спущу… Северян перевел взгляд на двери. Василиса уже должна была уйти из терема в сад, где ее встретят два лиса — Прошка и Егорка — и помогут переждать смуту. Скорее бы это все кончилось… А Додон тем временем закончил распекать стрельцов и занялся боярами. Крик стаял такой — аж стекла в окнах звенели. Как посмели они не заметить перемен в своем господине? Как допустили, чтобы недостойная девка помыкала ими, точно малыми детьми? Знатные мужи только взгляд прятали. Молчали… Северян тоже помалкивал. А когда князь устал драть горло, то первым нарушил молчание: — Теперь ты в тереме хозяин, Додон. А хозяин ли своему слову? Князь недовольно свел брови. — Больно смел ты, дикий! — и добавил: — Однако за службу так и быть, награжу. Чего желаешь? — То, что твоя дочь обещала — земли. Додон аж побелел. Вот так просто отдать кусок княжества дикому? Что за наглость! А княжна, змея такая, еще и подзадорить решила: — Ай да лесной князь, и земли взять решил, и травницу скрыть! Гости ахнули, князь нахмурился, а языкастая девка добавила: — Тот слуга, которого я дикому отдала, травницей оказался! Ее зелья помогли лесному выродку добыть подарки! Крику стало больше. Додон чуть заметноухмыльнулся — теперь можно от своих слов отречься. Но Северян коротко зарычал: — Ложь. Зельями мне травница не помогала, хоть сейчас готов на капище поклясться. К тому же Василиса — моя нареченная. Есть тут охотники с Деваной спорить? Народ мигом заткнулся. Но злые шепотки никуда не делись, и колючий взгляд Додона тоже. — Слишком жирна для тебя награда, дикий! Но Северян только плечом дернул. — Ладно. Однако не дивись потом слухам, что князь Додон только языком ляпать горазд. И не думай мне вредить, — предупредил, заметив, что двое из стрельцов тронули бердыши. Князь скривился. — Будь по-твоему! Но за то, что сразу о травнице не сказал, получишь меньше, чем моя дочь обещала! Северян спорить не стал — с паршивой овцы хоть шерсти клок. А Додон уже велел нести ему перо и грамоту. По «великой княжьей милости» диким отошли земли восточнее Медвежьих скал. Самое дрянное местечко, однако на поселок в три десятка семей хватит. |