Книга Помощница для князя оборотней, страница 119 – Эми Мун

* * *

Яга

За окном тревожно шумел сад. Не нравилась ему новая прислужница. Оно и понятно. И при жизни-то Настасья была никакой, а уж мертвая и вовсе растяпой стала. Яга мечтательно прикрыла глаза, вспоминая предсмертные мольбы глупой бабы, что отважилась сунуться в гости к Моране за помощью, но тут же вновь перевела взгляд на карты.

Странное они что-то говорили.

Сулили ей добычу богатую и тут же разорение. Еще радость, а вместе с ней лютую смерть. Это ей-то?! Той, для которой Морана ближе родной матери!

Яга задумчиво прикусила ноготок.

Что-то неладное творится… Неужто лесной выродок готов забыть клятвы, которые давал своей богине? Да нет… Не может Северян Силыч отказаться от приданного Елены Прекрасной! Слишком лакомый кусок!

Но раз карты начали путаться, то, пожалуй, самое разумное — приготовить все для обряда, чтобы без промедления отправить Василису обратно в ее мир.

Когда Василиса проснулась, то первое, что почувствовала — это лапищу на ягодице.

Вторым осознанием было то, что она лежит на мужской груди, распластанная, открытая, а между разведенных ног упирается твёрдое. И не просто упирается, а легонько давит на вход.

Василиса сдавленно охнула. Князь ответил ей шумным вздохом. А потом… ну… оно само как-то получилось. Василиса даже не поняла. Просто князь вдруг оказался внутри нее, а она, замерев в огромных ручищах, задыхалась от ощущения восхитительно большой плоти, проникавшей в нее так медленно, что с ума сойти!

— Северян… — шепнула, когда князь вошёл до упора.

Нельзя так! Она же… у нее все болит! Каждая косточка! И на голове бардак, в зубы не чищены!

Но князю оказалось плевать!

Обоаскав ее слух хриплым:

— Василиса…

Он крепче сжал ее за попу и толкнулся вверх, одновременно прижимая Василису к себе.

О боги!

Мысли вышибло из головы со скоростью света. Василиса уткнулась лбом в шикарную мужскую грудь, сдаваясь без боя. Северян этим воспользовался в полной мере. Погружаясь в нее короткими и частыми рывками, он за несколько минут добился ее громких стонов и дикого желания начинать так каждое утро.

— Единственная моя, — выдохнул ей в макушку, когда все закончилось.

Василиса ответила невнятным мычанием.

Вместо мозгов в голове парил туман, мышцы превратились в сладкий кисель и все планы помыться накрылись медным тазом. Она просто не дойдет! А Северян медленно вышел из нее и, перехватив крепче, поднялся на ноги.

— Давай-ка освежимся малость, а то вчера так и не добрались, — прогудел, шагая к озеру легко и быстро.

Как будто Василиса ничего не весила. Хотя для лесного богатыря, пожалуй, что так... Из груди вырвался счастливый вздох — очень приятно чувствовать себя принцессой! Но Василиса усилием воли заставила себя собраться.

Ей нельзя терять голову!

Даже если от одного взгляда в янтарно-золотистые глаза князя у нее начинается приступ тахикардии. А от улыбки в животе просыпаются те самые бабочки. А какие у него нежные и в то же время сильные руки… Она хорошо помнила их откровенные ласки…

Но пока Василиса млела, под ногами Северяна плеснула вода. Они пришли… Как же быстро! Василиса вздохнула. И даже первая попыталась отстраниться. Но князь не позволил.

— Куда же ты, милая? Дай подсоблю…

И Северян опустился в воду, так и не размыкая объятий. Василиса охнула. Между ног слегка защипало, и это неудивительно — с такой-то активностью! Странно, что неприятных ощущений так мало. Хотя… Тут Василиса покраснела, вспоминая темно-русую макушку между своих ног. Северян позаботился, чтобы ранок почти не было… И сделал это очень качественно!