Книга Помощница для князя оборотней, страница 10 – Эми Мун

— Так я это… ну…

— От мамки сбежал?

— Кхм-м-м… Сбежал, да. Меня там… били.

И снова повисла тишина. Было слышно только глубокое и часто дыхание громилы. Как будто зверь принюхивался.

— Не врешь вроде, — протянул, наконец. — Но темнишь что-то.

Черт! Ей перестал нравиться этот допрос! Вдруг громила разозлится и прикопает ее где-нибудь под кустиком?

— Я вас боюсь, — созналась тихонько.

Мужик зыркнул по сторонам и снова уставился на Василису.

— Никак тебе голову отшибло? Кроме нас, нет никого.

У них не принято обращение на «вы»? Вот она дура!

— В живот больше били, — попыталась переключить его внимание. — Все кишки болят.

Но вместо жалости получила строгое:

— Вдругорядь не лезь!

А вот сейчас обидно стало. Василиса подскочила с лавки, охнула, схватилась за ребра и поковыляла прочь. Вернее, попыталась, но ее тут же усадили обратно, еще и леща отвесили.

— Совсем охренел руки распускать?! — взвизгнула и от злости саданула в ответ.

Как будто в камень ударила! А мужик снова хохотнул.

— А ты не из пугливых. Да только ежели еще хоть раз меня заденешь, то получишь как должно. Не посмотрю, что дите горькое.

— Я уже взрослый! — огрызнулась Василиса, но на всякий случай немного отодвинулась.

А мужик снова о чем-то задумался, покручивая бороду. Ой, нехорошо… Ей бы сбежать, но громила догонит в два счета. Да и куда идти? Топографический кретинизм — это прямо про нее.

— Со мной пойдешь! — рявкнул вдруг мужик.

Василиса чуть не застонала. Да что ж ей так не везет?

— …Проведу тебя до терема. Мальчишка ты бойкий, авось к стрельцам пристроишься. Князь как раз новых ищет...

А со старыми что стало? Но Василиса крепче прикусила язык и кивнула: терем — это хорошо. Это ей и нужно.

-...Ну пойдем, что ли.

И, развернувшись, громила зашагал прочь. А Василиса похромала следом за мужчиной. От боли в израненных ногах и отбитых кишках слезы наворачивались, но она терпела. Очень долго терпела.

До тех пор, пока ноги вдруг не подломились. Но удара о землю Василиса уже не почувствовала.

— Эй, малец… Слышишь? Вставай давай…

Ее ощутимо встряхнули

— Вставай, говор-р-рю!

О, а эти рычащие нотки ей знакомы... Василиса тихонько застонала.

— Уйди-и-и...

Но ее облили водой. Сволочь какая! Козел! Василиса заорала, подскакивая из положения лежа, и принялась судорожно вытираться.

Сидящий напротив громила оскалился.

— Недосуг мне с тобой тут рассиживаться. Собирайся давай, и так до утра провалялся.

Уже утро?!

Василиса сдавленно охнула. Ну да, в окнах светло. А комната ей совсем не знакомая. Добрую половину горницы занимала кровать. По углам ютились разные сундуки и корзины. Над ними по стенам и на потолке — пучки трав. Наверное, местный освежитель воздуха.

Василиса перевела взгляд на громилу и снова охнула.

В свете дня мужик выглядел еще более… мощно. Даже величественно. Как будто мифический герой. Или древний бог сражений. Василиса не была художником, но ей вдруг захотелось запечатлеть эти строгие, будто вырубленные топором черты, гордую осанку и монументальность крепкого торса.

И это было бы очень красиво, если бы не полный холода взгляд.

По спине промаршировали мурашки. Этот Геркулес был раздражен. И ей не стоит выделывается, если хочет остаться целой.

Василиса тихонечко отползла ближе к изголовью кровати.