Книга Сердце Луминара, страница 93 – Ния Рабин

Ликанзо взял пузырёк, поблагодарил и выпил жидкость. Его лицо выражало благодарность, но также и тяжесть осознания того, что предстоит сделать.

Жрецы встретили нас торжественным шёпотом, их белые балахоны блестели в свете двух солнц. Они с поклоном поприветствовали богов и почтенным кивкомнас. Их движения были плавными, будто каждое их действие было продумано веками.

Мириния пригласила всех пройти к алтарю начать ритуал, а повернувшись ко мне сказала:

— Аврора, знай: в этот ритуал вмешиваться нельзя. Как бы тяжело ни было Ликанзо, он должен завершить этот ритуал самостоятельно. Это его выбор, его испытание.

Я кивнула, давая понять, что услышала её слова. Хотя внутри всё противилось этому: Как можно просто стоять и наблюдать за его муками?

Она достала из полы своего платья Сердце Луминара и бережно положила его на алтарь. Её голос стал глубже, почти молитвенным:

— Ликанзо, подойди и положи свою правую руку на Сердце.

Он сделал несколько шагов вперёд, его фигура была напряжённой, будто он готовился к чему-то ужасному. Когда его рука коснулась кристалла, воздух вокруг задрожал. Его кожа стала чуть холоднее, а глаза потемнели от усилий.

Затем подошли остальные боги. Азраиндиль, Фенираэль и Теранис — их величие и мощь заполняли собой всё пространство. Все четверо, вместе с Миринией, положили правую руку на артефакт.

Мириния начала проговаривать слова на неизвестном мне языке. Голос её звучал как древняя песня, которая пробуждает спящие силы мироздания. Каждый слог казался живым, вибрирующим в воздухе, словно соткан из тончайших нитей энергии. За ней подхватили остальные боги — их голоса смешивались в причудливую симфонию, где каждый инструмент был наполнен своей магией. Затем и жрецы присоединились к хору, их голоса были мягче, но не менее значимыми. Каждое произнесённое предложение отзывалось в воздухе всплесками света, будто сам мир оживал от этих звуков.

Сердце Луминара начало реагировать сразу же. Сначала линии на его поверхности стали ярче, словно пульсируя энергией, которую они получали от ритуала. Затем они начали менять свои рисунки, образуя новые узоры, которые казались сложными и запутанными, словно карта двух миров, переплетённых судьбой. Время от времени артефакт вспыхивал золотистыми искрами, которые разлетались по всему Храму Начала, оставляя за собой светящиеся следы. Потом он становился серебристым, словно отражая мягкое свечение двух лун. Артефакт то светлел, становясь почти прозрачным, будто растворяясь в потоках магии, то темнел, словно поглощал всю энергию вокруг.

Я пыталась перевести взгляд с Сердцана Ликанзо, но это было сложно. Каждое движение глаз вызывало новый всплеск эмоций внутри меня. Когда я всё-таки смогла посмотреть на него, то поняла, что его состояние стремительно ухудшается. Он побледнел до состояния мрамора, его губы были сжаты в тонкую линию, а на висках проступали капельки пота. Его глаза были полны боли, но также и решимости. Он продолжал стоять, упорно сохраняя равновесие, даже когда его тело дрожало от напряжения. Я видела, как его кожа покрывается мурашками, а пальцы трясутся, держась Сердца. Но он не позволял себе шевельнуться, будто боялся разрушить этот момент своим страхом или сомнениями.

Мы все стояли в напряжении, которое можно было буквально почувствовать в воздухе. Оно было плотным, будто невидимая паутина, опутывающая каждое существо в храме. Время казалось бесконечным, каждая секунда тянулась как резиновая, а моё сердце забилось чаще, чувствуя важность этого момента. Я старалась сохранить самообладание, но внутри всё трепетало от волнения.