Книга Неженка и космодесант, страница 12 – Дина Дружинина

Внезапно я понимаю, что тишина кажется такой неестественной, потому что больше не слышно постоянного гула двигателей корабля, сопровождавшего его весь полет.

Сердце немедленно совершает кульбит, и на последнем рывке впрыскивает нереальную дозу адреналина в кровь. Кровь мигом закипает от него, с шипением несется по моим венам, разносит паническую тревогу.

Во рту разливается горечью вкус металла, с каждым шагом я ощущаю его все отчетливей.

Выглядываю в коридор, в ужасе верчу головой по сторонам.

Белоснежная обшивка внутренностей космического корабля, еще недавно поразившая меня своей стерильностью и сверканием, изувечена черными подпалинами. Местами — просто отсутствует, являя моему взору лишь вывалившиеся наружу клубки проводов, словно распухшие и искореженные кишки корабля.

У двери в кабину пилотов на полу лежит неподвижный Гвайз.

Пахнет оплавленным пластиком, гарью. Проводка искрит с характерным звуком шипения и треска.

Бортовой компьютер борется с пожаром, спасая свой корабль самостоятельно, без участия команды. Слышу, как ритмично падают капли с потолка, ударяются об пол. И этот звук эхом разносится по длинным пустым коридорам. На пол натекли лужи, вероятно, это последствия тушения пожара.

Сердце с гулом отдается каждым ударом в ушах, в висках и кончиках каждого пальца. Я чувствую, как оно отчаянно долбится по ребрам, будто хочет проломить их. Мне даже дышать сложно.

В довершение ко всем испытаниям, Гвайз внезапно оживает на полу, и, когда я пытаюсь пройти мимо него, он хватает меня за ногу своими скрюченными пальцами.

Сил встать у него нет, но он словно подзаряжается от меня: его захват, вначале слабый, крепнет с каждой секундой!

Маневр инопланетянина настолько неожиданный, а мое напряжение так велико, что я истошну ору, и сама же пугаюсь своего крика. Он эхом разносится по коридорам, отражается от стен.

А я в это время судорожно дергаю свободной ногой и с размаху пинаю ей Гвайза в голову, словно по футбольному мячу.

Тошнота неумолимо подступает к горлу от осознания того, что я только что сделала: голова Гвайза за стуком грохается об пол, а он сам, скрючившись, застывает.

В ту же минуту, как нарочно, яркие лампы гаснут, погружая весь корабль во тьму. Коридоры заполняет тревожный красный свет редких ламп аварийного освещения.

Бездушный женский голос информирует: «Внимание, включено аварийное питание. Следует немедленно покинуть корабль! Поддержание уровня кислорода невозможно! Внимание! Нарушена оболочка корабля! Следует немедленно покинуть корабль!”

Не понимаю, что мне делать, и единственное, что придумываю — вернуться в кабину пилотов и захлопнуть свой скафандр.

Иду к пульту управления, сажусь в одно из кресел. В отчаянии смотрю на тысячи кнопок передо мной, затем перевожу взгляд на огромное черное пространство за панорамными окнами иллюминаторов кабины пилотов.

Я осталась одна!

Я думала, что самое страшное, что может со мной произойти — уже произошло — меня похитили пришельцы работорговцы и намеревались продать на аукционе или сначала пытать, а потом все равно продать.

Но оказалось, что их внезапное исчезновение, которое я не знаю как объяснить, еще больше пугает меня и подвергает опасности мою жизнь.

Поднимаю взгляд на мониторы. На них все так же молчаливо отображаются ряды криокапсул и обнаженные девушки с открытыми глазами внутри них.